Книга Обитель лжи и секретов, страница 42 – Мария Щедрина

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Обитель лжи и секретов»

📃 Cтраница 42

Это значило, что Тимофею предстоит перед всеми гостями передать моим родителям деньги и драгоценности, потом взять меня на руки и перенести через порог нашего дома, опустить и поцеловать в губы. Затем мы должны съесть хлеб, испеченный родителями жениха, и запить его водой из ближайшего к нашему поселению водоема.

…Затем вас отнесут или заставят пойти в деревню Тимофея. К тому моменту на ее окраине будет организовано кострище. Вас с Тимофеем заживо сожгут, Василиса.

Помнишь, когда ты была ребенком и мама учила тебя готовить, ты обожгла руку? Тебе было больно, ты заплакала, а я тебя успокаивал. Представь теперь ощущение, когда в огне горит все твое тело. Я чуть не ударил этого жалкого старика, когда услышал, что он задумал сделать с тобой и с этим мальчиком.

Я не могу помочь тебе выжить, Василиса, но могу помочь умереть менее мучительно. Когда я последний раз был в городе, я приобрел там у местного магического создания платок Св. Руслана – хотел приготовить подарок тебе на свадьбу, когда еще не знал, что все так обернется. Однако подарок все равно будет. Я приготовил яд.

Это зарин. Он действует мгновенно, не оставляет следов, а после его приема симптомы напоминают сердечный приступ. Я читал о нем еще давно, им пользовались человеческие разведчики в СССР. Выпей его, Василиса, сейчас или перед свадьбой, одна или с Тимофеем Орловым. Не дай им убить тебя мучительно. Это будет наименее неприятная смерть по сравнению даже с ножом, веревкой или утоплением. Пожалуйста, Василиса!

До свидания – или прощай – и постарайся простить меня.

Наверняка теперь ненавистный тебе,

твой отец.

Письмо отца закончилось, и тетрадь выпала из моих рук. А следом тихо, чувствуя, что во рту все пересохло, а в глазах, наоборот, повлажнело, на пол опустилась я.

Раньше я не понимала, что такое грустный или истерический смех. Не понимала, как человек может смеяться, если ему плохо. Я поняла это в тот день и в ту минуту, когда, сидя в своей комнате на полу рядом с тетрадкой и бумажным пакетиком с опаснейшим ядом, расхохоталась. Где-то в глубине сознания промелькнула мысль, что со стороны я наверняка похожа на настоящую ведьму: девчонка, успевшая растрепать длинные черные лохмы, смеется как ненормальная, а ее глаза сверкают от слез. От этого мне стало только смешнее.

Я дура, дура, дура, наивная, маленькая, беспросветная тупица! Я верила, что мой папа найдет способ спасти меня, а он дал мне яд! ЯД!!! Он тоже хотел убить меня, хоть и пытался преподнести это под другим соусом! Это просто смешно!

Хотя нет, ни черта не смешно. У меня просто была истерика. Я не должна была истерить. Надо было просто самой придумать способ спастись. Просто теперь я не должна была ни на кого полагаться.

Эта мысль пришла ко мне не сама по себе. Мне помогли, хотя и не знали, что помогают.

Я рыдала и смеялась по меньшей мере полчаса, наплевав на то, что кто-то из находящихся в доме может подняться на второй этаж и услышать меня. Пусть слышат! Какая разница, увидит кто-то истерику человека, которого никто не рассчитывает через пять дней видеть живым, или нет? Пусть!

И в конце концов меня услышали. В дверь постучали.

— Кто это? – вяло спросила я.

Мой голос звучал очень тонко и дрожал из-за слез.

— В… Василиса?.. – неуверенно позвал меня голос за дверью, молодой, мужской, незнакомый.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь