Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»
|
Со вчерашнего дня в лавке ничего не поменялось, только, кажется, пыли стало больше: она стояла столбом. Да в воздухе разливался тяжело-сладкий древесный запах. Илунг Гайен в черном костюме и фартуке стоял за стойкой и, наклонившись над столешницей, разглядывал синий камешек через увеличительное стекло, которое было с помощью обруча закреплено на голове. Когда Люс вошел, Гайен, не поднимая взгляда, сказал: — А, Люс! Рад вас видеть в добром здравии! Подождите немного, я сейчас закончу. Юноша сложил руки на груди и раздраженно засопел. Ему не терпелось сначала вылить на Гайена ушат всевозможных ругательств, какие он только знал, а потом выудить из него любые сведения. Илунг капнул на камешек жидкость из пипетки, рассмотрел его еще раз, сделал запись в журнале, потом наконец выпрямился и снял лупу. Затем взглянул на Люса, который следил за его действиями исподлобья. — Мне нравится ваша пунктуальность, – отметил Гайен. – Это похвальное качество! Люс фыркнул. Ему было не до комплиментов. Он думал, с чего начать, и решил начать с главного. — Я достал вам флакон, который вы просили. С этими словами он вынул из кармана цепочку с пузырьком и показал Гайену. Хозяин лавки на секунду замер, прищурился, вглядываясь в синий флакон, болтающийся, как маятник. Затем удовлетворенно кивнул. — Вы еще и исполнительный, – сказал он и, обогнув стойку, протянул руку к пузырьку. Однако Люс быстро спрятал его в карман. — Так-так, – проговорил Гайен и, сцепив пальцы у груди, снисходительно посмотрел на Люса. — Сначала объясните, что все это значит! – потребовал Люс. — О чем вы? — Вы прекрасно понимаете, о чем я. Кто эта сумасшедшая, к которой вы меня вчера отправили? Из-за какой-то пустой шкатулки она меня чуть не убила! — Но ведь не убила, – спокойно проговорил Гайен. — Так вы знали, чума вас раздери! – взорвался Люс. – Вы все знали! Знали, что она попытается прикончить меня! Он крепко сжал челюсти – на скулах заиграли желваки; тяжело задышал, заставляя ноздри широко раздуваться. Люс сделал шаг, напирая на Гайена. Илунг выставил руку вперед ладонью. — Спокойно, Люс, – голос Гайена зазвучал мягко, обволакивающе. Он дотронулся до плеча юноши, потом, разглядев наконец в неясном свете свечей его рану, добавил: — Мне жаль, что так вышло. И… нет, я не знал, что Пату-а отреагирует подобным образом. Люс отбросил руку Гайена и отвернулся. Затем ровно заговорил: — Когда она открыла шкатулку и увидела, что та пуста, набросилась на меня. Швырнула так, как камни бросают в море. И все спрашивала: где она, куда я ее спрятал. О чем говорила Пату-а? Что должно было находиться в шкатулке? Гайен с минуту молчал и похлопывал указательным пальцем по тонким губам. Потом сказал: — Я расскажу вам то, что знаю. Но чуть позже. Сначала хочу показать нечто. Идите сюда, Люс. – Он подозвал юношу к стойке, на которой были разложены бумаги с непонятными рисунками и письменами, лежала горстка синих камешков и стояла широкая бронзовая чаша с водой. – А для этого мне понадобится флакон. Дайте его, пожалуйста. Не бойтесь, – добавил он, видя, что Люс медлит. – В этот раз не должно случиться ничего плохого. — Не должно? – хмыкнул Люс. — Ничего не случится, – скривил губы Гайен и щелкнул пальцами. Люс тотчас протянул Гайену цепочку. Илунг отцепил от нее пузырек и открыл его. Затем поднес флакон к чистому листу и осторожно наклонил. На бумагу капнула жидкость насыщенного темно-синего цвета, которая, однако, не впиталась, а расплылась бесформенной лужицей. |