Онлайн книга «Воспоминания. О Некрасове, Достоевском, Тургеневе и других»
|
Не могу в точности определить, в скором ли времени по приезде Толстого в Париж произошла следующая история. Однажды Тургенев, против своего обыкновения, явился к нашему завтраку. Я никогда не видала его таким взволнованным. Едва войдя в комнату, он воскликнул: — Знаешь ли, Некрасов, какую штуку выкинул сейчас со мною Толстой? Он сделал мне вызов. Некрасов вскочил с кресел, и его без того бледное лицо буквально помертвело, а сиплый голос до того упал, что он шепотом проговорил: — Тебе вызов?! — Придумал глупейший предлог! — Если бы даже был самый серьезный предлог, то вам стреляться невозможно! – дрожащим голосом сказал Некрасов. — Чисто юнкерская выходка… я… — Дело говори, а не глупости! – перебил его Некрасов. — Ты сам посуди, кто бы из нас придал серьезное значение женской сплетне? – продолжал Тургенев. — Господи! да говори толком! – в нетерпении воскликнул Некрасов. — Какого ты хочешь добиться толку в женской сплетне? – горячась, отвечал Тургенев. – Черт знает из каких-то своих расчетов княгине понадобилось поссорить нас! — Едем сейчас же к Толстому, и ты разъяснишь ему, что это сплетня. — Нет, я не намерен лезть к человеку, который явно придрался к пустому случаю, чтобы выместить на мне свои неудачи… — Замолчи ты, ради Христа! – опять крикнул Некрасов на Тургенева. – Я вижу, что в самом деле тебе не следует ехать, потому что ты мелешь какой-то вздор!.. Я еду один. — Только, пожалуйста, не проговорись, что видел меня, он еще подумает, что я подослал тебя к нему. Скажи, что узнал об его вызове от моего секунданта. Я сейчас поеду к N. и буду просить его быть моим секундантом. Тургенев сказал это уже спокойным тоном и направился к двери. Некрасов, собрав все силы, крикнул ему: «Погоди!» Тургенев, держась за ручку двери, повернул голову и ждал, когда Некрасов подойдет к нему. — Ты должен выкинуть из головы мысль стреляться с Толстым, ты должен пожертвовать всем, чтобы между вами не было дуэли, иначе это будет позорное преступление! Все это Некрасов проговорил хотя и тихо, но очень энергично. Тургенев пожал плечами и отвечал ему так же выразительно: — Ты это не мне должен говорить, а тому, кто из-за женской сплетни сделал мне вызов! Проговорив это, он быстро повернулся и ушел. Некрасов в изнеможении сел в кресла и в отчаянии произнес: — Боже мой, боже мой! Им стреляться! Я подала ему успокоительных капель, но он не захотел их выпить и, быстро вскочив с места, взял свою шляпу и палку и ушел, сказав мне на ходу: — Пожалуйста, ни слова не говорите никому из наших знакомых о вызове! Несколько дней Некрасов провел в страшной суете; он возвращался домой до такой степени измученным и мрачным, что я ни о чем его не расспрашивала. Я узнала только, что Тургенев уехал из Парижа и что дуэль отложена. Вероятно, вследствие сильного волнения и простуды у Некрасова сильнее разболелось горло и появилась лихорадка, но о докторе он не хотел и слышать. Я испугалась и тайком телеграфировала о его болезни во Флоренцию к Н. П. Боткину, прося последнего немедленно приехать в Париж. Н. П. Боткин приехал и уговорил Некрасова отправиться с ним к какому-то парижскому знаменитому доктору[188]. Некрасов возвратился от доктора в необыкновенно возбужденном состоянии и, едва войдя в комнату, сказал мне: |