Книга Замри. Роман с театром, страница 459 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 459

В лаборатории греческих актёров (созданной во многом усилиями Дины Саранти) мы занимались пьесами Гоголя и Чехова. Было бы славно, чтобы артисты увидели место действия, но пока встречаюсь с ними в зуме, пока это пустые мечты, маниловщина. Почему бы не помечтать, для этого не требуется тест на антитела.

Если бы вновь набирал режиссёрский курс, в первый год отправился бы с ним по местам, где ощущается дыхание времён. Производственные премудрости можно изучить быстро. Совсем иное – сотворить что-то художественное.

А вообще-то люди – не только созидающие, а просто по-разному воспринимающие окружающий их мир – делятся на художественных и других.

После Метеоров ехали в темноте по петляющему в густом лесу серпантину дороги, над обрывами, днём страшащими крутизной. Ночью они напоминают о себе весёленькими, как светляки, предупредительными огоньками на придорожных столбиках. Я без умолку болтал, чтобы уставшая Дина не заснула за рулём. Она напряжённо вглядывалась в дорогу. При очередном крутом повороте лучи фар уходили на обочину, выхватывая из темноты реликтовые деревья. Казалось, они сердятся, что мы нарушаем их ночной покой.

Зайцы шарахались по сторонам, лиса с вызовом стала посреди дороги и в последнюю минуту, дождавшись приближения машины, рванула. Дина опасалась столкновения с медведем. И я боялся – и ждал. (В Австралии насмехался над нашими, непременно сразу желающими видеть кенгуру. Жизнь в России прожили – медведя лишь в зоопарке видели, а тут – подавай им кенгуру.)

«Что… это?» – без испуга, но запинаясь, прошептала Дина. Навстречу машине из ночного тумана – как раз спустились перед новым подъёмом в низину – выплывало нечто нереальное.

Неужели ёжик увидел белую лошадь?

Не смейтесь. Через секунды загадочное видение превратилось в медленно шествующего по краю дороги необыкновенной красоты белого коня. Уже миновав его, мы заметили гнедого, который сливался с тёмным лесом. Кто был с ними – неясно. «Ты видел?» – словно не веря своим глазам, спросила Дина. Я видел.

Я видел этого коня. И как олень переплывает Печору. И дрожащего от страха лося, которого шуганул медведь, и розовое марево тонконогих фламинго, зимующих в Африке. И лебедей на альпийских озёрах. Ленивцев, равнодушных к тому, что под их деревом вещает лидер никарагуанской революции, и до всего любопытных макак. И рыскающую в саванне гиену, и зебр, надеющихся, что раскраска под пограничные столбы убережёт их от хищников, и страусов, разбегающихся неспешно, как марафонцы, а потом несущихся со скоростью спринтеров. Жирафов, у которых, кажется, вот-вот подломятся ноги. И ярких снегирей на заснеженных ветвях, и стрижей, стремглав вылетающих из гнёзд-норок, устроенных у верхних краёв речных круч, и туканов, неподвижных под струями тропического ливня, громко клацающих клювами пеликанов, парящих в поднебесье орлов, бакланов, подбрасывающих рыбу перед тем, как заглотнуть, и то, как павлины, пронзительно вопя, усаживаются на ночлег на ветвях разлапистого дерева на берегу Кинерета. Видел Килиманджаро, Казбек и Фудзияму, Тянь-Шань, Арарат, Анды и Алтай. Тундру и пустыню. И всё это – замри!

Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-112.webp]

Выше только облака. Выбор натуры и фотография автора книги.

В первые дни впечатления от Периволи были настолько сильны, что до меня не доносились шумы привычной жизни. На то и горы, чтобы заслонять, защищать, оберегать и возвышать. Но всё-таки она, жизнь, стала прорываться. То прозрачным утром тёмно-серые, буро-грязно-зелёные бомбардировщики (видимо, учёба) пролетят над деревней так низко, что Марта в страхе крестится. Или нате – хозяин большой таверны из ближнего села, услышав русскую речь, признается в любви к Сталину. Не угодно ль этот финик вам принять? Он искренне удивился, услышав в ответ на бурные чувства, что предмет его любви не жаловал частников, эксплуатацию наёмных работников и цены, отличные от государственных. То племянник Дины покажет изящную бутылочку оливкового масла, похожую на флакон духов. Ею он, юрист, убедившийся в отсутствии справедливости в судах, хочет сразить европейский рынок. С российским как-то не получается. (На это же сетовал и Михалис Саранти.) А вот звонок другого юриста, Дининой дочки Элли, полон радости. Она на Лесбосе помогает беженцам адаптироваться к новой жизни. Помимо сострадания к чужой беде, тут нужны выдержка, знания, умение наладить контакт с людьми иного склада, отличить подлинное от показного. Короче – постоянное напряжение. А сегодня Элли счастлива. Получила известие: выходец из Ирака, которым она когда-то занималась, – берлинский студент.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь