Книга Замри. Роман с театром, страница 115 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 115

Как видно из стихов, ничего общего ни с Протасовым, с его трагической судьбой, ни с «третьим путём». Однако, когда слуга вбивает гвоздь в голую стену нового жилья Протасова, тот вешает на него пальто и остаётся один, я вспоминаю то время и ту комнату. Потому что сцена эта родилась из пережитого мгновенья, из неожиданного ощущения, что в мире может быть и так: ты и пространство. И заполняется оно только тобой, твоей жизнью. Вот и садится в спектакле Протасов за стол, раскладывает бумагу, начинает писать…

Единственный общий дефицит

Два года минуло со дня гибели театра. В Америке, где предстоит работать ещё несколько месяцев, избегаю вечеринок с разговорами о снеге в России и продолжаю восстанавливать события тех лет. Под рукой нет записных книжек, писем, газет. Вернусь, проверю память на точность. Зато можно не опасаться утонуть во второстепенном. Отдаление от времени и места действия на пользу.

Был в Бостоне, теперь в Питтсбурге. Преподаю режиссуру и актёрское дело. Америка – это другая цивилизация. Подозреваю, миф о близости русских и американцев родился после изрядной порции виски или водки. Разные культурные традиции, уклад, психология. Наше искусство рождается от боли и неразберихи. Тут гордятся стабильностью и благополучием. Иной взгляд – на государство, на деньги, на полицию, на собственную историю, на секс, на брак.

Главный вопрос после читки чеховской пьесы: «Почему в России так неудачно женятся?» – «А у вас удачно?» Отвечают утвердительно, с гордостью. Напоминание о маете героев Фолкнера и Хемингуэя не смущает.

«А почему у Серебрякова и Елены Андреевны нет детей?» – предлагает обсудить будущий режиссёр. Когда их студент просит что-то обсудить – не отвертеться, он заплатил за право получить ответ. «Почему тебя заинтересовала эта тема, Алекс?» – «Ну как же, в американской семье обязательно есть дети. Одного ребёнка мало, хорошая семья имеет несколько детей». Пытаешься объяснить, что эта тема не входит в круг внимания автора и вообще вряд ли является предметом искусства. «Нет, мы должны знать, в чём дело. Серебряков импотент? Или Елена боится ответственности?» – «А почему у Отелло и Дездемоны не было детей, ты никогда не задумывался?» Напрасно решил, что отшутился. На следующем занятии: «Вы задали вопрос об Отелло. Я думал об этом. Может быть, он не имел детей из-за того, что много был в походах?..»

Сами по себе эти вопросы, как и любые другие, достойны внимания, если продиктованы желанием прояснить до конца соприкасаемость персонажей. Но они задаются с таким чувством превосходства собственного образа жизни над неполноценностью другого миропорядка (точнее – беспорядка), что вызывают невольное раздражение. Несправедливо, но не могу от него избавиться.

По-моему, американцам не хватает самоиронии. Как, впрочем, и мне, если решаюсь на такое обобщение. Как-то после передачи на русском радио в редакцию позвонил месяца за три до этого переехавший в Бостон житель Могилёва. О нашем театре он всё знал, брат присылал ему из Риги в Белоруссию вырезки из газет. Он просил меня прочитать его пьесу «Проститутки», сразу предупредив: «Она совсем не о том, о чём вы думаете». Впечатлила концовка разговора: «Послушайте, надо же что-то делать, тут же одна коммерция, сколько можно? Надо же и искусством заниматься». Этот могилёвец напомнил слова Алёши Карамазова о немце, который заметил: дайте русскому мальчику карту звёздного неба, и он тотчас же вернёт вам её исправленной.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь