Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»
|
К тому времени братья уже во всеуслышание заявляли, что в их лавке имеется «огромное количество новых сочинений». Одним из их поставщиков было невшательское Общество, у которого в 1771 и 1772 годах они сделали одиннадцать мелких закупок, в основном перепечаток вполне невинных сочинений о путешествиях и приключениях, книг по истории и прочее легкое чтение, включая неизменно популярные сентиментальные романы Риккобони, – все то, что охотно брали владельцы всех книжных магазинов. В целом эти заказы создают впечатление скромной и осторожной коммерции на обочине основной женевской книжной индустрии. Запрещенные книги поступали к братьям Терон не от Типографического общества Невшателя, а из других источников. 10 января 1772 года Жак-Бенжамен был арестован за распространение скандального памфлета «Газетчик в кирасе» Шарля Тевено де Моранда, направленного против французского правительства и королевского двора. На допросах Жак-Бенжамен признал, что заказал 100 экземпляров в Амстердаме у Марка-Мишеля Рея, но утверждал, что сам текста не читал и не знает имен тех, кто приобрел у него этот памфлет. Женевский Совет вынес ему официальное порицание и приговорил к трем дням тюрьмы. 22 августа – еще одно официальное порицание, на сей раз за организацию подписки на «Историю Женевы» Беранже, о чем шла речь выше. К 1773 году братья Терон вступили на путь, который привел к разорению многих книготорговцев, не имевших капитала: они заказывали больше книг, чем могли продать. После того как они не смогли погасить несколько векселей, их кредит иссяк. 9 марта 1773 года Даниэль Арган, торговец и женевский агент невшательского Общества, предупреждал, что братья Терон «повсюду ищут денег». 15 июня 1774 года от него же пришло известие, что, «обложенный со всех сторон», Жан-Луи скрылся, чтобы ускользнуть от личных кредиторов, между тем как его старший брат пытается удержать бизнес на плаву. Позднее выяснилось, что Жан-Луи отказался от своей доли в деле, бросил в Женеве брата (и, видимо, жену с детьми), а сам перебивается случайными заработками. 21 июня 1775 года он прислал Обществу вызывающее письмо без обратного адреса, отказываясь выплачивать остаток долга за публикацию своей брошюры об обменных курсах. По его словам, у него не было ничего, кроме мебели, которая принадлежала жене. Если Общество подаст на него в суд, то, скорее всего, он окажется в долговой тюрьме, но это не принесет истцам ни единого су, только заставит его детей голодать или, что хуже, обречет их на медленную смерть в работном доме[297]. Больше Общество о нем не слыхало. Между тем Жак-Бенжамен пытался как-то выкрутиться из невозможного положения и спасти дело. 3 июля 1773 года он разослал кредиторам печатный циркуляр, умоляя о милосердии. О брате там не было ни слова. Жак-Бенжамен объяснял, что в январе был вынужден остановить все выплаты, поскольку слишком отставал с погашением векселей. Для решения проблемы он попытался реструктурировать долги, создав ограниченное партнерство [société en commandite] и заручившись поддержкой двух женевских инвесторов, ссудивших ему немного денег. Но требования выплат неуклонно нарастали, один из инвесторов вышел из игры, и Терон был вынужден прекратить выплаты и представить счетные книги в женевскую канцелярию для повторной оценки своего финансового положения. Тем не менее он был убежден, что в конце концов сможет закрыть все долги, если основная масса кредиторов согласится на следующие условия: он ликвидирует прежний бизнес и откроет новый, меньшего масштаба и с более жестким управлением и бухгалтерским учетом. |