Книга Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения, страница 186 – Роберт Дарнтон

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»

📃 Cтраница 186

«Доверие», «честь», «вера», «протест», «оскорбление»: язык коммерческих отношений отражал представления и ценности окружающего общества. В отличие от современной долларовой купюры вексель не был нейтральным и самоочевидным платежным средством, но содержал в себе эмоциональный заряд. О его силе свидетельствует признание Хозяина из «Жака-фаталиста» Дидро: «Слово „вексель“ заставило меня побледнеть»[598]. К тому же главная проблема – добиться оплаты счетов – осложнялась самой природой таких расчетов. Подписи, передаточные записи, акцептирование, опротестование и прочие процедуры, сопровождавшие оборот векселей и расписок, использовались должниками для отсрочки или ухода от уплаты. Если же их загоняли в угол, то они запускали легальные процедуры, которые могли заканчиваться банкротством, но нередко позволяли возобновить бизнес. Последовательность событий всегда была одной и той же: неуплата по долговым распискам, затем, после череды неуплат, объявление о несостоятельности – faillite, то есть прекращение всех выплат вплоть до возможного достижения понимания с кредиторами. Наконец, в ряде случаев полноценное банкротство по решению коммерческого суда, порой с распродажей всех активов и ликвидацией бизнеса[599].

Посмотрим, как этот сценарий проигрывался в отношениях Типографического общества Невшателя и его клиентов. Первый пример связан с крупным книготорговцем, второй – с сугубо маргинальным. Жан Манури принадлежал к династии книготорговцев из Кана и стоял во главе едва ли не самого крупного бизнеса в Нормандии[600]. Тем не менее в 1771 году он провел пять месяцев в Бастилии за издание и распространение запрещенных книг, в основном направленных против крайне неоднозначного министерства Мопу. Хотя тюремное заключение сильно повредило его коммерции, он сумел снова встать на ноги. В октябре 1775 года, начав заказывать книги у невшательского Общества, Манури по-прежнему торговал запрещенными сочинениями и разрешенной литературой самого широкого спектра. Первая заказанная партия благополучно до него добралась, и, проверив ее содержимое, он послал в Невшатель расписку на 320 ливров. Последующие поставки тоже прошли без приключений. В сентябре 1776 года он отправил расписку на 621 ливр, но с сильно отложенным сроком и вскоре после этого стал сильно задерживать выплаты. В июле 1777 года Общество, чтобы покрыть образовавшийся дисбаланс, выписало на него долговое обязательство на 367 ливров с выплатой в сентябре. Оно было опротестовано: Манури, ссылаясь на «непредвиденные обстоятельства», объяснял, что не получил 1200 ливров от своего должника. Он также попросил отсрочки на уплату 621 ливра, обещая к 15 декабря покрыть оба долга. Хотя по вине нескольких должников он попал в неприятную ситуацию, его финансовое положение, как он утверждал, оставалось прочным. Действительно, он выплатил меньшую задолженность, но отложил уплату 621 ливра до 27 декабря. «Во Франции нет другого книготорговца, на долю которого выпало бы столько невзгод», – оправдывался он.

Несмотря на дорогостоящие задержки, Манури в конце концов расплатился и в 1778 году возобновил книжные заказы. Однако 27 сентября он неожиданно объявил, что временно прекращает все выплаты, то есть признал несостоятельность своего бизнеса. Типографическому обществу Невшателя он предложил заключить неформальное соглашение, чтобы избежать судебных издержек и крючкотворства. Он мог бы покрыть долг регулярными выплатами на протяжении трех лет, поскольку, согласно счетным книгам, положение его оставалось достаточно твердым: кредит (7734 ливра, которые он должен был получить от своих должников, плюс активы на 60 тысяч ливров) перевешивал дебет (24 654 ливра накопленных им долгов). Усердно занимаясь делами, он сможет покрыть долг и снова завоевать «ваше доверие»[601]. Общество отвечало, что готово принять от него три векселя, каждый на 220 ливров, с уплатой в течение трех лет, под 5%, которые начнут начисляться через год, отсчитывая от октября 1778 года, но только при условии, что это будут векселя надежного гаранта, который сделает передаточную запись на невшательцев. Манури отвечал, что это невозможно и несправедливо, поскольку в случившихся невзгодах нет его вины:

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь