Книга Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы, страница 177 – Майк Дэвис

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы»

📃 Cтраница 177

В отвратительной серии романов Николаса Кейна «Маленький Сайгон» нет места художественному приему уничтоженного будущего; вместо этого, подобно Питеру Кайну в «Гордости Паломара», Кейн грубо изображает расовую катастрофу здесь и сейчас. Ветеран Вьетнама Люк Абель и его оперативный отряд по борьбе с азиатскими бандами в Большом Лос-Анджелесе устраивают перестрелку с «Вьетконгом» – 2500 азиатских бандитов – на грязных улицах вьетнамского анклава в округе Ориндж. Между приступами ярости из‑за «тупиц и гнид из Американского союза защиты гражданских свобод», которые пытаются сорвать его личную вьетнамскую войну, он отдает приказы своим людям «набить этот ублюдочный Шевроле горячим свинцом!» или объясняет местным женщинам, что «каждая разборчивая девушка в Маленьком Сайгоне знает, что у беломазых копов, орудующих в Больсе, члены длинные и толстые как бангкокские тыквы». Когда отчаявшийся отпрыск старинного рода из округа Ориндж кончает жизнь самоубийством, Абель находит следующую записку: «Больше не могу это терпеть. Повсюду гуки[833], испоганили всю страну. Гуки, испашки и ниггеры»[834].

Образ Южной Калифорнии, которую «заполонили гуки», характерен не только для хардкорных авторов-выживальщиков в камуфляже и берцах. В романе Уитли Стрибера и Джеймса Кунетки «Конец природы» 1986 года высказываются те же самые опасения, что и в «Молоте Люцифера» Нивена и Пурнелла, но под маской «качественной фантастики».

Гигантское население Большого Лос-Анджелеса – индо-китайцы, вьетнамцы, мексиканцы, африканцы – не отличается от населения Калькутты по своему поведению и внешнему виду.

Беспомощные белые представители среднего класса оказываются между наковальней стихийных бедствий (катастрофические лесные пожары, проносящиеся по склонам благополучных Голливудских холмов) и молотом городского насилия (страшные азиатские банды «драконов», которые рыщут по системе легкого метро и смачивают свои повязки кровью жертв)[835].

Азиаты как роботы-убийцы появляются в качестве назойливого клише и в сценарии Джеймса Кэмерона к фильму «Странные дни», снятому в 1995 году Кэтрин Бигелоу и посвященному последнему дню XX века в Лос-Анджелесе, напоминающему «Хелтер-Скелтер». Вита Минь – «горячая штучка с раскосыми глазами, очень жестокая», а ее парень Трэн, главарь кровожадной вьетнамской уличной банды, просто похож на зверя.

Его родители прятались на рисовых полях, и их сожгли напалмом. Он ходил в среднюю школу в Хантингтон-Бич и смотрел MTV. У него нет никакой внятной системы ценностей, кроме личного выживания[836].

Но, несмотря на все это, «Странные дни» выглядят сдержанно по сравнению с бредовым «Побегом из Лос-Анджелеса» (1997) Джона Карпентера, который умудрился сэмплировать (в хип-хоп-смысле) каждый пошлый образ и расистский подтекст сурвивалистской фантастики в угоду якобы либеральному сюжету о Лос-Анджелесе как инверсии острова Эллис в христианско-фашистской Америке. Результат – кинематографический нервный срыв.

Однако самый яркий образчик армагеддонистики – окончательное решение проблемы «гуков» – вышел из-под эсхатологического пера основателя Христианской коалиции Пэта Робертсона. В его романе 1995 года «Конец эпохи» сам Бог решает спустить Лос-Анджелес в унитаз с помощью «гигантского метеора» и цунами высотой в милю, бессовестно позаимствованных из «Молота Люцифера». Единственные выжившие – несколько консерваторов из округа Ориндж, предусмотрительно эвакуировавшихся в Колорадо, и семья фундаменталистов-чикано, прячущихся в траншеях на вершине горы Уилсон.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь