Онлайн книга «Преддверие II»
|
Она свернула бумагу в трубочку и протянула Зариху назад. — Нет, мой дорогой, так дела не делаются. — Это как понимать? — Это так понимать, – она засмеялась короткими смешками, – что сейчас ты наконец сделаешь то, что я хочу. Потому что ты никуда не денешься без этой бумажки! И я не подпишу её до тех пор, пока своего не добьюсь! — Опомнись, несчастная, – усмехнулся Зарих. – Если я сейчас плюну и уйду, ни тебе, ни твоей стране не продержаться больше двух месяцев. — Ты не уйдёшь, – сказала она, – никуда ты не уйдёшь. Я наконец нашла твоё слабое место, мой прекрасный сын. Ты не плюнешь на свою дорогую Лесовию. Я думала, его сейчас затрясёт от злости, но он только тяжело вздохнул. — Как я от тебя устал! — Ты же такой искусный политик, Зарих! – насмехалась она. – Ты прекрасно знаешь, как добываются нужные бумаги… Вон их у тебя сколько! А чем я хуже какой-то триморской принцессы? Или дочери этого купца… как её? Кажется, Матильда? А перекупать слуг и делать из них шпионов, по-твоему, более нравственно, чем уступить женщине? — Твоя осведомлённость о моих делах безгранична. — Ну так и не строй из себя святошу! Потом я не поверила собственным ушам. — Ладно, мне некогда с тобой препираться, – спокойно сказал Зарих и расстегнул камзол. Королева, похоже, тоже не ожидала, что он так запросто согласится. Она на время потеряла дар речи и только поворачивала вслед за ним голову. Зарих снял рубашку, потом невозмутимо вытащил королеву из халата и опрокинул на подушки. — Красивое у тебя тело. Я красивей не видел. Сколько ты заплатила за него? Она только застонала, не то от тоски, не то от удовольствия. Я надеялась, что он будет с ней груб и насмешлив, но он был добросовестно ласков, эта похотливая мартовская кошка получила от него сполна! Я затыкала уши от её грудных, похожих на звериный вой криков и жмурилась от тошноты! Лучше б меня сожгли на медленном огне! — Всё равно ты мой, – бормотала она, ползая по нему и покрывая всё его тело беспорядочными жадными поцелуями. – Я не позволю, чтобы другая женщина приблизилась к тебе! Ты весь мой, я родила тебя и никому не отдам! Скажи, любил тебя кто-нибудь так, как я? Заботился о тебе кто-нибудь так, как я? Ни одна женщина не сделает для тебя столько, сколько я! Скажи, чего ты хочешь? Только скажи! Чего? — Верни мне Юлиану. Королева отскочила как ошпаренная, сначала замахнулась, чтоб ударить его, потом эту же руку сунула себе в рот и прикусила. Зарих сел и начал медленно одеваться. Она не шевелилась, так и сидела, как статуя из золотистого дерева, и следила за ним. Он протянул ей бумагу и перо. — Подписывай. Она подписала безропотно, а потом, когда за ним закрылась дверь, ходила по спальне, тихо всхлипывая и подвывая, словно побитая собака. Выбраться мне удалось, когда она ушла в другую комнату. Забыв и про вазу, и про деньги, и про ведро с тряпкой, я выскочила в коридор, потом во двор, потом во дворцовый парк, за пруд, к тому огромному дубу, теперь уже жёлтому и почти облетевшему, где он обещал любить меня, как принцессу. * * * Из кухни меня выгнали, из комнаты – тоже. Меня приютила в своей каморке в подвале старая кухарка Гертруда. Я жила там нелегально и почти не выходила. Живот пока не рос, зато тошнило беспрерывно. Ничего другого, как лежать и смотреть в закопчённый потолок, просто не хотелось. Еда в рот не лезла, даже фрукты, которые Гретта и Симона приносили мне с кухни. Этель ко мне не приходила, она не могла простить мне ведро, которое я забыла в королевской спальне и за которое ей влетело. |