Онлайн книга «Преддверие II»
|
— Рано или поздно он всё равно узнает, что вы оборотни, – предупредила я. — Лучше поздно. И потом, я не оборотень. — Тогда чего тебе бояться? — На всё есть причины, Веста. — Странный ты, Веторио. По-моему, Конрад простит тебе всё, если ты ему расскажешь правду. Он тебя слишком ценит. Ты хоть знаешь, что он за тебя предлагал десять тысяч золотых дорлинов? А он, между прочим, весь в долгах. — Десять тысяч? – Веторио удивлённо поднял брови. – Это много? — Это немыслимо много за такого проходимца, как ты. В деньгах он, кажется, ничего не понимал. Они очень неохотно о себе рассказывали, что он, что Лаиса, как будто боялись сболтнуть лишнее. Объяснения их вязли в намёках и недомолвках. Похоже было, что они скрывают какое-то преступление, во что мне верить, конечно, не хотелось. Мне нравилась моя Лаиса, её доброта и бескорыстие, её покладистость и готовность всегда прийти на помощь. Сколько раз я просила её говорить мне «ты» и вообще не церемониться со мной, как с госпожой, но она всё-таки упрямо держала эту невидимую дистанцию, как будто та спасала её от излишней откровенности. Они сидели с Конрадом под кустом малины и беседовали. Для актрисы она была слишком скромна и совсем лишена кокетства. Впрочем, она уже не казалась мне серой мышкой: милая стройная блондинка, грациозная, нежная, с выразительными серыми глазами большого ребёнка. Конрад уже не хмурился, она ему нравилась, и он ей улыбался. «Если она преступница, – подумала я, – то Леонард – святоша». А вот про Веторио я ничего не могла бы с уверенностью сказать, он мог быть кем угодно. Я знала, что не успокоюсь, пока не разгадаю его тайну. Конечно, немыслимо было спрятаться где-нибудь возле барахолки и сутками караулить, когда он туда войдёт. Всё, что я могла, – это проходить мимо как можно чаще, по любому поводу и без повода вовсе. Когда-нибудь я всё равно должна была застать его там. Скоро мы все сидели на траве, доедали ягоды и прихваченный сыр, ругали наглого барона Нестри и наслаждались угасающим нашим летом. Из нас получался странный четырёхугольник, который мог разбиться на пары в любом порядке. Когда над нами повисла большая тень и захлопали огромные крылья, мы разбились на пары мгновенно, не думая. Конрад обнял Лаису, а Веторио – меня. В ясном небе кружила чёрная птица! Я ничего не понимала, кроме того, что это не я. И в первый раз сама убедилась, как это страшно, когда над тобой летает такая бестия! Мы задирали головы и пятились, как будто это имело смысл. — Смотрите! – крикнул Веторио. – У неё что-то в когтях! Лаиса взвизгнула, а меня кроме страха охватил ещё и гнев на то, что кто-то вторгся в мои птичьи владения. — Она не нападает, – сказал Конрад, – мы же не лезем на утёс. — Тогда что ей тут надо?! – возмутилась я. Птица выпустила из когтей то, что держала, какой-то кожаный мешок, и скрылась за лесом. — Посылка, – подивился Веторио, он смотрел ей вслед с восхищением. – Интересно кому. — И от кого, – добавила я. Конрад развязал мешок, оттуда посыпались свёрнутые в трубочки бумаги. — Это… мои записи, – проговорил он изумлённо. — Какие записи? – удивилась я не меньше, чем он. — Видишь ли, в плену на меня напал порок Филиппа. Я начал писать. Если бы я бежал сам, я бы их, конечно, прихватил. |