Онлайн книга «Преддверие II»
|
— Он ударил лежачего, – сказала я. — Не может такого быть, – уверенно возразила Лаиса. – Веторио никому не может причинить зла, тем более женщине. Он не так воспитан. — Я не женщина, – прошептала я с отчаянием, – я старуха. Лаиса собралась мне что-то возразить, мне не хотелось её слушать, и я отослала её к прачке. Ничего мне не хотелось, даже расспросить про их белый город. Не тот ли это город, что мне снится? Мною владели вялость и отчаяние. Медленно встав, я повязала свои до сих пор распущенные волосы платком, накинула шаль и отправилась в лес. В лесу было светло от луны, огромной и круглой, как сковородка. Ни одной тучи не было в небе, только маленькие колкие звёздочки. Я бродила как сомнамбула, не разбирая дороги, по оврагам и по кочкам, и мне хотелось выть от тоски. Особо умных мыслей мне тогда в голову не приходило. Я просто поняла, что не могу больше жить без любви. Не хочу, не сумею! Не хочу быть сторожем, не хочу быть нянькой, не хочу быть экономкой… Как он мог так поступить со мной?! Он разбудил во мне что-то страшное, глубинное и прошёл мимо, весело насвистывая! Ничего мне не оставалось, как взять себя в руки. Часа через три, когда луна провалилась в приплывшую с запада серую тучу и стало совсем темно, мне это удалось. Я нагнала в свою больную душу ледяной суровости и пошла к себе в замок хмуро и деловито, как после похорон. Спать мне не хотелось. Я зажгла светильни, приготовила себе большой лист бумаги и грифели, выпила воды из графина, в котором с утра стояли розы, но Лаиса переставила их в вазу на окне. Мне захотелось их немедленно вышвырнуть в это самое окно, но потом я сообразила, что это выглядело бы глупо и даже по-детски. Волосы мои спутались окончательно, я подошла к зеркалу с расчёской и тихой ненавистью к своему отражению, подошла и вообще перестала что-либо понимать. На меня смотрела пронзительно красивая женщина, строгая, хмурая и совсем не старая. Нет, я и в молодости такой не была! Я была смугла и круглолица, у меня никогда не было таких тонких, точёных черт лица, такой резкости в нём и законченности, у меня никогда не было таких белых волос, словно я вся разом поседела! И у меня никогда не было такой атласной кожи. Так вот что он со мной сделал… Сначала мне казалось, что видение скоро исчезнет. Я трогала себя, наслаждаясь гладкостью своей кожи и шелковистостью волос, и ждала, что это вот-вот исчезнет. Это была не я! Может, я и мыслила себя таковой в фантазиях и во снах, но об этом никто не знал, и сама-то я была совсем другой. Я отказывалась верить собственным глазам. Со мной случилось чудо, которого ждёт каждая женщина, заглядывая в зеркало. Женщина всегда ждёт, что вдруг увидит в своём отражении что-то особенное, чего раньше не замечала. Я увидела в зеркале не прекрасную принцессу и не роскошную Арчибеллу, может, вообще не красавицу, на меня смотрело то, чем я считала себя на самом деле, и оно мне безумно нравилось. — Не исчезай! – взмолилась я. – Не исчезай! И глупей ничего не могла придумать. Я расстегнула ворот, чтобы посмотреть, что стало с моей грудью, рука погладила что-то нежное и мягкое, но по-прежнему такое же маленькое, как едва вылупившийся цыплёнок. Я взяла лист бумаги и села на стул перед зеркалом, мне очень хотелось, чтобы остался хотя бы рисунок от той женщины, которую так легкомысленно подарил мне Веторио и которой быть вообще-то не должно. В этом замке должна жить тётка Веста, старая строгая нянька. |