Онлайн книга «Преддверие I»
|
* * * Было поздно, гости устали, и я понял, что сказку пора заканчивать. К тому же Изольде она почему-то не нравилась. Именно Изольде, для которой я и старался. Я наскоро выдумал Замок Мертвецов, превратил тигрицу в прекрасную принцессу и провозгласил счастливый конец, как и положено в сказке. Все остались довольны и разошлись с миром. Мы остались втроём в опустевшей гостиной: хозяева и сказочник. Изольда сидела по-прежнему в кресле у камина, Ольвин начал потихоньку убирать со стола. Он то уходил на кухню, то возвращался, а мы даже не пошевелились, чтобы ему помочь. — Что-нибудь не так? – спросил я наконец. Ольвин замер у меня за спиной. — Я ненавижу белую тигрицу, – спокойно, даже слишком спокойно ответила Изольда. — За что?! – изумился я. Она сказала, глядя мне прямо в глаза: — Белая тигрица растерзала нашу мать. И пока я искал слова для ответа, она резко повернулась к брату и, опережая его, выкрикнула: — Да! Да-да! Не смотри так! Мне надоело притворяться, что я ничего не знаю! — Изольда, ты с ума сошла, – ласково, но с заметным напряжением заговорил Ольвин, – какая тигрица? Нашу мать загрыз медведь, а этой тигрицы вообще в природе не существует. Это выдумки. Вот и Мартин подтвердит. Правда, Мартин? — Это только сказка, – подтвердил я, с досадой чувствуя, что снова вторгся в какую-то их семейную тайну и Ольвину давно пора меня вытолкать за дверь из своего дома. Развлёк хозяев! Господи, как он на меня посмотрел, оглянувшись только на секунду! Я всё понял: кто я есть и что натворил. — Не считай меня за дурочку, Ольвин. Думаешь, кроме тебя, свидетелей больше не было? — Врут твои свидетели, – сказал он жёстко, – а ты веришь. Кому это ты веришь больше, чем родному брату? — Родной сестре. — Что? Нашей сестре?! — Да. Она всё видела! И я не понимаю, Ольвин, какая разница? Почему ты так хочешь выгородить эту тварь? Я получил в награду ещё один уничтожающий взгляд и предпочёл тихо удалиться. На душе было скверно. Самое ужасное, что она действительно могла растерзать кого угодно! А в комнате меня встретила бледная от гнева Нолли. Я уж и забыл, какой она бывает в гневе. — Я тебя ненавижу, – тихо сказала она, и я понял, что это уже в прямом, а не в переносном смысле, – я ненавижу твои глупые сказки, я ненавижу твою тигрицу! Ненавижу эту тварь! — Нолли, что с тобой? – спросил я, еле сдерживая раздражение. – Объясни спокойно. Но она и без моих вопросов уже не могла остановиться: — Ему ещё надо объяснять! Ты что, забыл, что мы в Тарлероле? Что это совсем рядом с замком Оорла? Думаешь, здесь никто не слышал этой истории? Если тебе не терпится, чтобы нас поскорее нашли, пойди и всем объяви, что ты Энди Йорк, а я Лючия Оорл! — Я сказочник. Обыкновенный сказочник. А ты моя жена. И мне никакого дела нет до того, что на самом деле тут произошло с каким-то Энди Йорком. Я придумал сказку, и это ещё не повод меня ненавидеть. Она закусила губу и со стоном отвернулась. Её трясло от злости и отчаяния, причины которых мне понять было не дано. — Уйди… Я ушёл. Чтоб испить чашу страданий до конца, постучался к хозяину, решил теперь послушать, что скажет он. Он сидел над толстой книгой, испещрённой непонятными крючками, и писал что-то в блокнот. — Бить будешь, хозяин? Ольвин обернулся, и по его взгляду я с облегчением понял, что он уже не злится, а если и злится, то никогда этого не покажет. |