Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Всё, – сказала она у меня за спиной, – с меня довольно. Сколько можно вешаться тебе на шею? Представление окончено, пора домой. Я не видел её глаз, поэтому очень скоро и самообладание, и рассудок вернулись ко мне. Голова моя снова была ясна, только сердце ныло, как бездомная собака. Искушение прошло. — Извини, – сказал я, снова поворачиваясь к ней, – ты прекрасна, ты молода, ты здорова, ты совсем из другого, более совершенного мира, и у тебя всё будет хорошо. Из вас двоих я выбираю ту, что несчастней. Разве непонятно? — Ты святой, – сказала она грустно. — Я маньяк, – усмехнулся я. Она только покачала головой. Мы ещё поговорили немного, я рассказал ей, как унёс зеркало, она добавила, что было потом… но это было слишком тяжело: говорить, словно ничего не произошло. Надо было бежать. От неё, от себя, от своего проклятого рока! На прощанье я взял её маленькую горячую руку и приложил ко лбу. — Ты очень много для меня значишь, это правда. — Спасибо и на этом, – улыбнулась она. Такой я её и запомнил, маленькую, стройную, пронзительно красивую, в вишнёвом платье, с шапкой золотых волос, с горящими вишнёвыми глазами и с грустной улыбкой на лице. * * * На счастье таких, как я, существуют кабаки, где можно торчать хоть до утра. Я не знал, кто мои собутыльники, они менялись уже третий раз за ночь, не знал даже толком, где я, на какой хотя бы улице, и по-прежнему не знал, кто я. Вчера я был наследником престола. Вчера у меня был моделятор, который слушался только меня, словно для меня и предназначен. Вчера у меня была Астафея. Сегодня меня ищет полиция, я никто и ничто и ничего не могу, даже пойти вон с той потаскушкой, которая давно на меня косится. И чего бы ей не коситься, если у меня камзол за три тысячи дорлинов и кислая рожа жертвы несчастной любви. Она всё-таки подсела, соблазнительно открывая плечико: — Господин скучает? Или у него горе? — А что, можешь помочь? – усмехнулся я. — Конечно! Если хорошо заплатишь. — Хорошо заплачу, – сказал я, полез в кошелёк и высыпал ей целую горсть монет. — Щедрый господин! – обрадовалась она. – И такой богатый! Я буду любить тебя, как сама триморская царица! Клянусь, ты забудешь все свои печали! — Не надо меня любить, – поморщился я, – лучше найди мне лопату. — Что? – удивилась она. — Лопату, – сказал я мрачно и так зыркнул на неё, что она сразу вскочила и попятилась. — Хорошо-хорошо… я принесу, господин… Пьяные физиономии едоков смотрели на меня недоуменно, потом вообще вытянулись. Я оглянулся на входную дверь и без всякого удивления узнал капитана Урильо со стражей. Королевская гвардия охотилась за наследником престола. Капитан посмотрел на меня, узнал, конечно, но вида не подал. Я сам к нему подошёл: — В чём дело? Он только шепнул мне на ухо: — Вам следует поискать более надёжное место, ваше высочество, нам приказано вас отыскать и доставить во дворец. — Я и сам приду, – сказал я, – передай Советнику, что прятаться я не намерен. Но короля пусть не трогает, это моё личное дело. Ступай. Я не собирался пока во дворец, душа рвалась в другое место. Ещё выпил, не закусывая, получил свою лопату и щедро расплатился. Рассвет застал меня на кладбище. Я копал. Копал уже долго и стёр кожу на руках: отвык от грубой работы. Я был туп и полон безысходного отчаяния, меня всё время преследовала мысль, что девушка, которую похоронил Сетвин, живая. Она была жива тогда, её не смог убить даже король, значит, она не могла умереть и сейчас… ей холодно в этой мёрзлой земле, ей тесно и страшно! |