Книга Невесомая, страница 99 – Полина Ю. Онищенко

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Невесомая»

📃 Cтраница 99

Яга поджидала меня в ложках, ручках дверей и стёклах. Она была чрезвычайно настойчивой, и я сдалась. Потом я оказалась в этих зеркальных серых коридорах.

* * *

Аля снова подняла глаза на девушку в белом.

— То есть она сейчас в моём теле, а я в зазеркалье?

Девочка в белом кивнула. Потом присела и написала: «Посмотри в любое из зеркал и увидишь, что она делает».

Аля повернулась к большому зеркалу, которое сначала приняла за окно.

* * *

Я снова чувствую столько всего разом, что мир начинает кружиться и меня тянет вниз. Сажусь на пол и щупаю его шершавую поверхность. Не знаю, сколько я просидела без тела, – в зазеркалье не существует времени.

Сейчас я снова могу встать на свои новые, упругие ноги и вдоволь поохотиться. Но сначала придётся выполнить её последнее желание. Нити судьбы ещё крепко держат меня. Куда бы я сейчас ни шла, всё равно окажусь там, где нужно будет выполнить свою часть договора, связывающего нас.

Поворачиваю по коридору назад. Её, бывшую владелицу этого тела, жутко пугала вот эта дверь. Даже сейчас, когда девочки больше нет, тело слегка подрагивает, когда приближается к этому месту. За дверью всего один человек. Он сидит, перед ним белые прямоугольники, которые люди покрывают чёрными завитушками, чтобы хоть немного зацепиться за этот мир и оставить что-то после смерти. Видимо, он сильно вцепился в свою жизнь, раз ему нужно столько бумажек.

Он совсем безвкусный, галетный (в своё прошлое тело я запихивала много галет), он как будто ничего не чувствует. Точнее, ему кажется, что он ничего не ощущает. Как будто его уже кто-то выпил. Съедать этот пожёванный кусок совсем не хочется, особенно когда всё это большое серое здание наполнено свежими аппетитными душами.

Он поднимает голову. Я улыбаюсь своими новыми губами и говорю:

— Я тут кое-что ещё вспомнила.

И сажусь напротив. Касаюсь его ладони. Где-то там, на дне, в нём ещё плещется что-то живое, свежее, вкусное. Настолько глубоко, что сложно достать. На его лице дёргается бровь, и он одёргивает руку. Инстинктивно защищает то, что ещё заставляет его передвигаться. Я не удерживаю ладонь. Обычно я не выпускаю человека, если его попробовала, – это моя слабость, не могу ничего с собой поделать. Но сейчас меня ждёт целый пир. Пусть ему останутся хотя бы хлебные крошки. На эти последние мгновения.

— Что?

Он хмурится, собирает бумажки, складывает их в свою картонную папку, словно пытается уберечь свои каракули от меня. Люди иногда так смешно цепляются за жизнь, даже не понимая, что смерть дышит им в спину.

Встаю, делаю шаг назад, оглядываю комнату.

— Здесь не скажу. На улице.

Смотрю на него в упор. Он не сможет отказаться, даже если не верит, даже если все инстинкты кричат ему убегать. Уже не сможет.

Он кивает, берёт папку и куртку. Молча спускаемся вниз. Выходим на крыльцо. Я не останавливаюсь, иду за ограду. Он следует за мной, как овечка на привязи. Могу поспорить: он даже не может понять, зачем это делает, зачем идёт за мной.

Останавливаемся возле дороги. Я поворачиваюсь к нему. Мне сложно сдержать улыбку, ведь я знаю, что сейчас будет.

Он хмурится ещё больше. Я чувствую едкий кисловатый запах. Это что, страх? Неужели он наконец-то что-то почувствовал?

Вокруг него разливается жёлтый свет. Снег золотится под ним, сверкает. Лучи огибают его фигуру. Жаль, что люди совершенно не понимают эстетику смерти.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь