Книга Наследница шрамов, страница 71 – Кристал Зейтц

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Наследница шрамов»

📃 Cтраница 71

Рядом со мной Сорен слегка расслабляется.

— Откуда ты все это знаешь?

— Зимой мы с Аммой так же лежали на замерзшем озере, – вспоминаю я, глядя на холодное ясное небо, полное ярких звезд. – Вместе слушали, как трещит лед. Сначала я пугалась. Но как-то Амма сказала, что лед поет, что это волшебство, и страх пропал.

— Волшебство тоже может быть страшным.

Его слова меня пугают. Такого признания я не ожидала, тем более от него. Ведь это он заколдовал меня связующим гальдром. Тело напрягается от воспоминания, как не могла шевельнуть руками, сколько ни старалась, как была беспомощна.

Сорен прав. Это было ужасно.

— Как сонный шип? – осторожно спрашиваю я, вспоминая разговор у костра.

А в ответ – молчание, только странные звуки льда.

Однако через мгновение Сорен говорит:

— Ты меня как-то спрашивала, спал ли я, пока ты отдыхала. Нет, ни разу после того, как ты меня разбудила. Боюсь, что если засну, то уже не проснусь. Или проснусь, а мир снова изменился.

Я пытаюсь представить величину этого страха. Закрыть глаза, а открыть в незнакомом перевернутом мире, где все, кого я люблю, исчезли. И тебе не просто одиноко, ты один на всем белом свете.

У меня перехватывает горло. Нечто похожее я испытала в Стокгольме.

Когда я впервые его увидела – суетливые улицы, полные машин, людей и велосипедов, то будто попала в другой мир. Но даже тогда рядом со мной был папа. Мне было одиноко, но я, по крайней мере, была не одна. Хотя мне до сих пор это не нравится. Но Сорену сейчас гораздо хуже.

Я поворачиваю голову и смотрю на него, словно вижу впервые. Когда он лежит так, серебристые пряди обрамляют его лицо и обычно суровые черты становятся мягче. Темная синь льда придает его глазам глубокий оттенок. Они прекрасны.

Когда-то я их так боялась.

Замечаю темные круги у него под глазами, и сердце сжимается.

Сорен так долго находился во власти волшебной руны, что не мог ни двигаться, ни что-либо видеть. Оставался ли он в сознании или провалился во тьму? Что может быть хуже?

Хоть я его и освободила, этого внезапно показалось недостаточно.

— Тебе хоть что-нибудь снилось? – спрашиваю я, думая о видениях Скаги. – Я имею в виду, пока ты был под действием сонного шипа.

— Нет, – тихо говорит он, – но я был в сознании, только как бы заперт в собственном разуме. В своих сожалениях. Иногда ко мне приходила Скага и разговаривала так, будто я ее не слышу, а я слышал. Я многое узнал о ее жизни, но это только причиняло боль, потому что я больше в ней не участвовал. А может, я все это выдумал. Не знаю.

Похоже на мой сонный паралич, только тот через минуту проходит. А тут даже не годы.

Века.

Если бы не я, его сон длился бы вечно.

Сорен колеблется.

— Проснувшись, я почему-то понял, что ты не Скага. Но так хотелось верить, что ты – это она, что все прошедшие годы – только плод моего воображения и что она меня не предавала. Но она предала, и этого не изменить.

Не знаю, что и сказать, кроме «извини». Хотя извинений явно недостаточно.

Теперь Сорен смотрит на меня.

— Не извиняйся, – говорит он удивительно мягко. – Астрид, ты меня не предавала.

Лежа здесь, на льду, я вдруг осознаю, как близко наши руки. Мне ничего не стоит переплестись с ним пальцами. Хочется сказать ему, что он не одинок. Мы можем разделить одиночество на двоих.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь