Онлайн книга «Любимая кукла Тодда Эддерли»
|
— Вы такое же древнее зло, как и Шейла, – сказал он. – Вы не пытаетесь помочь, а, напротив, мешаете мне хотя бы попробовать избавить нас всех от разрушительной силы. Вы слабый и никчемный человек и недостойны называться Преподобным. Иезекииль слушал его, уронив голову на руки. То, что он давно о себе знал, но старательно прятал в самую глубину сознания, было высказано другим человеком. Внутренне соглашаясь с каждым услышанным словом, Иезекииль заплакал. Настал его момент для раскаяния. В полумраке от редко зажженных свечей и блеклых лучей заходящего солнца, лениво проникающих в окна, старый епископ исповедовался человеку, которого прежде ненавидел. Он рассказал Филипу обо всех своих терзаниях, о невыносимой тяжести вины, лежащей на его ссутуленных плечах. Рассказал о том, как отчаянно надеялся оставить Шейлу здесь как можно дольше, чтобы каждую ночь засыпать с мыслью о возможности избавить себя от мучений, которые приносило ему ее проклятье. Иезекииль поведал доктору о том, с каким трудом ему далось решение уничтожить Шейлу тогда, когда она сделала его вечным заложником невыносимой болезни. Слова буквально лились потоком не для того, чтобы себя оправдать, – нет, он просто хотел выговориться. Его искренняя исповедь заставила Филипа смягчиться. Он больше не видел в Иезекииле трусливого старика, наоборот, перед ним внезапно предстал человек, ставший слабым из-за того, что когда-то оказался достаточно сильным для принятия верного решения. После слезного раскаяния Иезекииль постарался взять себя в руки. — Не думаю, что болезнь уйдет со смертью Шейлы, – сказал он, вытирая с морщинистых щек остатки влаги. – Что вы тогда будете делать? — Нужно смириться с тем, что многих спасти не удастся, – ответил Филип. – Но мы могли бы по крайней мере предотвратить распространение заразы. Для этого нам потребуется большое помещение, куда можно будет отправить всех зараженных. К сожалению, их дни будут сочтены, но благодаря этому мы сможем спасти остальных. – Не желая размышлять над следующим вопросом самостоятельно, он добавил: – Только где нам найти такое помещение? Иезекииль задумался. Где-то внутри него вновь заговорил мерзкий голос: «Не давай ему ответа, потяни время хотя бы еще немного», – шептал, казалось, сам дьявол, но епископ усилием воли заставил его замолчать. — Аарону Дишеру достался в наследство целый трактир, – проговорил он, не веря, что действительно делает это. – Насколько мне известно, там есть спальни, но и другую его площадь можно будет использовать, для того чтобы уложить больных, если найти достаточное количество матрасов. – Заметив во взгляде Филипа интерес, епископ продолжил: – Аарон, конечно, собирается закрыть заведение. Если я предложу ему использовать трактир в благих целях, то он не откажется. Филип кивнул, задумчиво глядя перед собой. — Если Аарон и правда согласится помочь, – подытожил он, – то у нас получится сохранить много жизней. Они молчали, до конца не веря в то, что совместными усилиями наконец смогли соорудить хотя бы какой-то план. Но вопрос о том, каким образом уничтожить Шейлу, все еще витал в воздухе, не давая покоя никому из них. Иезекииль медленно поднялся и посмотрел в глаза Филипу. Он уже рассказал ему то, что долгое время утаивал ото всех, а потому следующее признание далось ему без особого труда. |