Онлайн книга «10 секунд… и она исчезла»
|
— Конечно, понимал. Что бы там люди ни говорили, он не такой уж и глупый. — Могу ли я спросить, что случилось с его матерью? — Мари была неплохой девчонкой. Просто связалась не с той компанией, – говорит Тош и фыркает. – Она не хотела причинять Билли боль. Да, она принимала некоторые вещества, но тогда она не знала, что делает. А Билли пришлось жить с последствиями… — Вы поддерживали связь, когда он был за решеткой? — Я делал все, что в моих силах. Его держали где‐то неподалеку от Бирмингема. Это час езды отсюда. — Вы по‐прежнему готовы были его по‐родственному поддерживать? – спрашивает Сэм. — Он понес наказание. — Как же он с этим справлялся? — Думаю, как и многие из них. Спустя какое‐то время он нашел способ. — Как часто вы с ним виделись? — Каждые два-три месяца. — Значит, вы знали, что он должен выйти на свободу? Тош Монро дает очень мало информации, но Сэм все равно давит. — И несмотря на то, что вы все равно были близки, вы не предложили ему остаться у вас до тех пор, пока он не встанет на ноги. Тош встает и складывает стул. — Мне пора выходить на работу, иначе пропущу поезд. — Ночная смена? – спрашивает Сэм. — Если вас это так интересует: да. Двадцать лет назад у меня был свой склад. А теперь мне приходится шататься по улицам по ночам и собирать мусор в тележку, чтобы было чем платить за аренду квартиры. Сэм кивает. — Можно заглянуть в уборную? Тош смотрит на него, а Сэм, поднявшись, продолжает: — В наши годы нужно воспользоваться любой удобной возможностью… Тош смеется. — Да уж, это вам не шататься по складу всю ночь, не отморозив себе яйца! После кухни налево. Сэм торопливо выходит из комнаты, я встаю рядом с Монро. — Вы действительно не знаете, куда Билли мог пойти? — Да, – отвечает он, шагая к кухонной двери. — Нам нужно с ним поговорить, – продолжаю. — Тут я вам не помощник, – отвечает он твердо. Даже чересчур. — Я вас оставлю. Выход найдете, – продолжает он, когда Сэм возвращается к нам. — Если Билли даст о себе знать, позвоните, – говорю я, записывая свой номер на обратной стороне чека за бензин. — Вряд ли это случится, – говорит Тош и сует клочок бумаги в карман. Мы выходим из квартиры Тоша Монро, и он тут же закрывает за нами дверь. По лестнице мы спускаемся молча. А когда оказываемся на улице перед домом, я звоню в велосипедный звонок и спрашиваю Сэма: — Ну, что теперь будем делать? — Ждать, – отвечает Сэм с улыбкой. Глава 29 Лесли Барнздейл, выбегая через главный вход участка, помахала дежурному. До конца смены оставалось двадцать минут, и впервые за все восемнадцать лет своей карьеры она ушла пораньше. И впервые за все время помахала дежурному. В февральском сумраке она торопливо шагала по главной улице. Затем она прошла по мосту Хадли и, борясь с усиливающимся ветром, направилась в сторону сияющей стеклянной башни, что величественно возвышалась на северной стороне реки. У подножия башни находился магазин деликатесов, о котором ее коллеги говорили много раз. Сегодня ей предстояли зайти туда в качестве покупателя. Она спустилась по ступенькам во внутренний дворик и бодро зашла в магазин. Она всегда представляла, что в это местечко часто захаживают городские банкиры и состоятельные лондонские адвокаты, которые возвращаются домой вокруг Хадли-коммон. Взглянув на покупателей, поняла, что ничуть не ошиблась. Но сегодня ей было не до этого. Тушеная говяжья голень с ригатони, сыр фета, чесночная фокачча и бутылочка “пино нуар”. Или он будет пиво? Без понятия. Она заглянула в свою корзину. Десять фунтов за чесночный хлеб. Тридцать фунтов за бутылку вина. Да кого ты одурачить пытаешься? Вот прошлым вечером, еще на мосту, когда Фил наклонился к ней, чтобы поцеловать, она вдруг столкнулась со своей реальностью лицом к лицу. После окончания колледжа она вступила в ряды полиции и с тех пор неустанно работала. Ей пообещали, что уже в следующем году ее ждет повышение до инспектора полиции, мама точно будет гордиться. За это время она ходила на свидания с парочкой коллег, но ей так и не удалось влюбиться. Да и вообще ее никогда не любили. Приоритетом была карьера. Правда, до той самой секунды, когда на мосту Хадли она, осознав, что стоит на пороге сорокалетия, подумала: “Эй, это что еще за хрень?” Она снова взглянула на продукты в корзине и подумала, не вернуть ли все это на полки. Но, сделав глубокий вдох, потянулась ко второй бутылке вина. |