Книга Королева Виктория. Женщина, правившая Империей, страница 276 – Джулия Бейрд

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»

📃 Cтраница 276

Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp]

Виктория не хотела умирать. Возможно, самым большим противоречием ее характера была ее вера в то, что она жаждала смерти; на самом деле, она упорно цеплялась за жизнь. Всякий раз, когда она находилась в опасности, она инстинктивно отступала; когда ее карета перевернулась в Шотландии, или старость сильно давила своим грузом, она молила о том, чтобы ей было дано больше времени. Всего за три года до смерти она написала в своем дневнике: «Моя сильная хромота и прочее заставляет меня чувствовать, как подкрадывается старость. Семьдесят восемь – хороший возраст, но я молюсь, чтобы меня еще немного пощадили ради моей страны и моих близких».

Она никогда не переставала работать. В последние месяцы жизни Виктория жаловалась, что послеобеденный сон, которым она боролась с бессонницей, «крадет время». За три дня до смерти, хотя жидкость заполняла ее суставы и она еле говорила, она беседовала с доктором Ридом о Южной Африке и беспокоилась о войне. Женщина, которая провела большую часть своей жизни, молясь, чтобы встретиться со своим Альбертом на небесах, все еще умоляла своего врача дать ей провести еще немного времени на земле. Нужно было решить еще столько дел, предотвратить новые катастрофы, вести войны, защищать солдат – всегда оставалось что-то незавершенное. Виктория верила, что ее главное дело – совершенствовать себя, как завещал Альберт, – еще не окончено. «Я умираю, – писала она Берти и Беатрис в инструкциях о похоронах, – в мире со всеми, полностью осознавая свои многочисленные недостатки».

Те, кто окружал ее у постели, знали о ее недостатках: ее капризности, ее темпераменте, ее властном отношении к своим детям, ее колком взгляде, ее склонности к жалости к себе, ее неконтролируемому эгоизму, ее убежденности в том, что она всегда права. Но они также знали о ее доброте, ее верности, ее юморе, ее преданности своей работе, ее вере, ее отсутствии претензий или предрассудков, а также ее стойкости. Как писал Лоуренс Хаусман, «в эпоху перемен, которой она дала свое имя, она оставалась непоколебимой». Именно поэтому за свою жизнь она превратилась из юной девушки в символ империи.

Сердце Виктории сильно билось до последнего вздоха, что особо отмечал доктор Рид. В этом кроется ключ к пониманию женщины, которая помогла сформировать современный мир, и к развенчиваю мифов о ее якобы пассивности, зависимости от мужчин и отвращении к власти. Она могла часто жаловаться, но при этом упорно продолжала действовать. Она скорбела десятилетиями, но, как видели поколения государственных деятелей, также мужественно и без колебаний боролась. Ее несгибаемое, стойкое присутствие определяло целое столетие, когда она брала на себя бремя власти в те времена, когда другие женщины не имели ни малейшего влияния. Сегодня, пролетая над Лондоном и видя ее величественную мраморную фигуру, возвышающуюся над улицами, поражаешься тому, как добровльно выбравшая затворничество вдова и мать девятерых детей достигла небывалого величия. Ответ прост: Виктория выстояла.

От автора

В первые я начала думать о королеве Виктории после президентской избирательной кампании 2008 года, когда работала в Newsweek в Нью-Йорке. Наша редакционная команда энергично обсуждала то, как мы говорим о женщинах, занимающих руководящие должности, и я писала о маловероятном появлении Сары Пэйлин в гонке в качестве кандидата в вице-президенты Джона Маккейна, а также о неудачной попытке Хиллари Клинтон стать президентом. Один из наиболее убедительных аргументов, который у нас был, заключался в том, что мы все еще, казалось бы, не в состоянии примирить женщин и власть; слишком часто это кажется неловкой, удивительной, маловероятной и тревожной парой. После одного из этих разговоров мой редактор Джон Мичем предположил, что королева Виктория в течение определенного времени не была должным образом изучена, и шесть месяцев, которые я провела за чтением в библиотеке Нью-Йоркского общества, это подтвердили. Неизменное повторение тех же взглядов про Викторию, с редким свежим подходом к новым материалам, меня заинтересовало.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь