Онлайн книга «Я больше не буду тряпкой»
|
Наяву меня преследует Глеб, а во снах приходит Коля. После того как увидела его, образ обрел еще больше красок. И мучает меня с еще большей жестокостью, чем обычно. Он манит и зовет к себе, но я никогда не могу добежать… а ведь бегу к тому, кто растоптал грязными ботинками мое сердце, уничтожил доверие и насмехался над моей любовью. Я ненавижу себя даже за эти сны, в которых проявляю слабость. И все же я зависима от этих кошмаров, они мне необходимы как воздух, ведь в них я могу видеть его. Только там любоваться, страдать и утолять свою больную потребность в нем. Сейчас стало труднее, его образ не отпускает и наяву. Они как сговорились с Глебом терзать меня со всех сторон. Что мне делать? Папа и Люда в больнице. Шантаж. Кто вообще рассказал отцу? Мой добрый и отзывчивый папочка, ты не заслужил такого! Твое больное сердечко не выдержало такого удара. Звоню матери, хочу хотя бы у нее узнать подробности. — О, королевна, соизволила вспомнить о матери! — вместо приветствия фыркает. — Что с папой?! — обрываю ее язвительную речь. — В больничке прохлаждается папаня твой, — отвечает безразлично. — Если бы Иваныч в гости к нему не зашел, и в окно бы не углядел, то и… — издает противный звук, — Все… Везучий он. — Везучий? Мам, очнись! Где твое сострадание! — Очухается. Благодаря Глебушке так точно, — когда начинает говорить о моем муже, голос теплеет. — Он и о Людочке позаботился. Хоть эта паршивка и не заслуживает. Мать не может простить сестре, что она рано уехала и практически отгородилась от семьи. Ничего не просила, но и сама не помогала. — С меня хватило нашего детства, Маш, — сказала мне как-то. — Больше не могу. У меня и так травмы на всю жизнь. Не хочу ни семьи, ни детей. Меня пугают даже эти слова. Я сама проживу, выкарабкаюсь. Люда так и делала. Свела контакты к минимуму. Практически ничего о себе не рассказывала. Но беда заставила переступить ее через свои же обещания. — Кто сказал отцу? — мне нужна информация. Спорить с матерью бесполезно. — Вродь Анжелка и сказала. Так люди судачат… а я свечку в их хате не держала. — Ясно, — закрываю глаза и делаю несколько глубоких вдохов. — Дай мне Сережу. Мне надо услышать сына. Самой убедиться, что с ним все в порядке. — Привет, мам! Как ты? Очень за тебя волнуюсь! — он говорит спокойно, только едва различимые нотки тревоги в голосе выдают его. — Выздоравливаю. Ты лучше расскажи как у вас там, — сжимаю телефон. Как же я соскучилась, как мне не хватает моего ребенка. — Папа приезжал, хотел меня домой забрать. Я не поехал с ним. Он предатель, — заявляет очень взрослым голосом. — У меня все хорошо, справлюсь. Не переживай, — после небольшой паузы добавляет мягко, — Очень тебя прошу. Как защитить Сереженьку от этого кошмара?! Его помимо воли втянули в грязные игры взрослых. И без меня невесть что могут навешать ему на уши. Надо скорее выбираться из больницы. Я должна быть рядом с сыном. Как справиться с Глебом? Я не могу вестись на его шантаж. Если сейчас прогнусь, он меня добьет. С сыном мы говорим долго. Так не хватает наших душевных бесед, прогулок. А сейчас особенно тяжело дается разлука. Стараюсь взять себя в руки. Выполнять все предписания врачей. Надо выздоравливать. Хоть с другой стороны и страшно выйти за ворота клиники. Ведь там ад. Но ради сына я выстою. Обязана. Другого варианта нет. |