Онлайн книга «Развод. Двойная жизнь моего мужа»
|
Я даже припоминаю, как дети мне говорили, что сидели в кафе с папиным другом и его женой. Это было пару месяцев назад. Серж тогда говорил, что там был его бизнес партнер. А потом они стали смотреть блог некой синички. Дочь даже мне читала ее статьи о моде. Показывала какие-то видео. Но она столько разных каналов мне показывала, что все запомнить просто не реально. И подписана она далеко не на одного блогера. Я, конечно, слежу, кого они смотрят. Дети и сами со мной делятся с удовольствием. Но как-то синичка не отложилась в памяти. Хотя многих их любимчиков я хорошо помню. Детям я сказала, что пока они еще не доросли, чтобы самим вести блог. И тут мы с ними пришли к взаимопониманию. А теперь новость, что мои дети фанатеют от лахудры, окончательно меня подкашивает. — Доброе утро! — около Виолетты вырисовывается сонный Родион. Трет глаза кулачками. — А это ваш сын? — интересуется дочь. — Да, мой любимка, — хамка наклоняется и целует мальчика в щеку. — Миленький такой! — Прикольный пацан, — Витя подходит и протягивает руку Родиону. — Прекрати это немедленно! — шиплю Сержу. — Или я… — За себя не ручаешься, — заканчивает за меня. — Ви, побудь в гостиной с пацаном. Мы тут семейные дела решим, — обращается к лахудре. — Без проблем, — поправляет свой бесстыдный халатик. — Родичка, пошли, — берет малыша за руку. — Ма, да что с тобой? — Рита кусает нижнюю губу. — Я не в восторге от нашей гостьи! — не могу успокоиться. Если вчера меня немного отпустило, то сейчас реакция детей, породила взрывоопасный вулкан во мне. — Почему? — спрашивают хром Рита и Витя. — Пошли чай пить, — Серж зовет всех на кухню, прерывая наш разговор в прихожей. — Маргарита, Виктор быстро к себе в комнату, — командует Мирослава. — А чай! Я пироженко хочу! — надувает губы дочь. — Потом. Будьте в своей комнате и не выходите, — когда свекровь говорит таким строгим голосом, дети слушаются ее без пререканий. Берутся за руки и дружно идут наверх. Мирослава выжидает, когда послышится хлопок двери. И только после шествует на кухню. — А теперь рассказывайте! — свекровь скрещивает руки на груди, смотрит на нас как преподаватель принимающий зачет у систематических прогульщиков. — Что за дурдом у вас творится? Полуголая девка с ребенком! Ловлю умоляющий взгляд мужа. Чувствую, как пытается взять меня за руку. — Это, Мирослава, надо у ваших сына и мужа спрашивать. Они говорят, что это ваша горячо любимая родственница, — не без удовольствия замечаю, как белеет лицо Сержа. Глава 11 — Кто?! — свекровь с воинственным видом напирает на Сержа, который пятится к окну. — Какая еще родственница? Сынуля, а ну ка расскажи мне, как я упустила такую важную, не обремененную интеллектом персону в нашей семье? — Виолетта Синичкина двоюродная племянница, — не без злорадства сообщаю. — У меня видимо склероз, не помню, когда в нашей семье синичкины пролетали! — скрещивает руки на груди. Топает ногой. — Ой, красавицы! — муж поднимает руки ладонями верх. — Против вашего напора невозможно устоять. — С темы не съезжай! — свекровь никогда не кричит, но ее жесткий, поставленный преподавательский голос даже у меня мурашки по спине вызывает. В институте ее называют гром-баба. Студенты ее жутко боятся. И сдать у нее философию, тот еще квест. Это мне свекор рассказывал. |