Онлайн книга «Князь, не женитесь на Воронцовой»
|
Через полчаса о моей личной жизни, вероятно, уже знали все горничные этажа. Прекрасно. Впрочем, долго размышлять о последствиях собственной ошибки я всё равно не собиралась. Сегодняшний день был слишком важен для нашего завода: комиссия переходила от предварительного осмотра к полноценным испытаниям — на выносливость, восстановление после нагрузки, реакцию на шум и работу в группе. К вечеру должны были определить лошадей, которые войдут в финальный список для закупок. Поэтому к конюшням я пришла раньше восьми и сразу занялась делами. Комиссия собиралась в половине девятого, так что времени оставалось немного. Романа там не было. Разумеется, меня это совершенно не расстроило. Я проверила Грозу и ещё двух наших кобыл, поговорила с ветеринаром, убедилась, что Артемий Кузьмич уже получил расписание испытаний, и только после этого обнаружила одну странную вещь. Роман всё ещё не появился, и поначалу я решила, что это даже к лучшему. Можно было спокойно заняться работой и хотя бы на время перестать думать о вчерашнем. Правда, минут через двадцать выяснилось, что работать спокойно мне это совершенно не помогает. Я всё равно время от времени ловила себя на том, что смотрю в сторону входа. Нелепость. Причин его отсутствию могло быть сколько угодно. Константин Александрович мог вызвать его обратно в Петербург, могло появиться срочное поручение. В конце концов, Роман мог решить, что вчерашний поцелуй действительно был именно тем, чем я его назвала, — ошибкой, которую разумнее больше не повторять. От этой мысли настроение почему-то испортилось. — Наталья Сергеевна? Я повернулась. Артемий Кузьмич стоял рядом и смотрел на меня с лёгким подозрением. — Да? — Я третий раз спрашиваю, выводим ли Снежку второй или третьей. — Второй. — Хорошо. Он не уходил. — Что? — Ничего. — Тогда почему стоите? — Жду князя Белозерского. Я уставилась на него. — Зачем? — Вы уже пять раз посмотрели в ту сторону. Решил, что, возможно, нам обоим чего-то не хватает. — Артемий Кузьмич. — Молчу. Это становилось эпидемией. — Занимайтесь лошадьми. — Именно этим и занимаюсь. Он ушёл, а я ещё несколько секунд смотрела ему вслед, мысленно составляя список людей, которых собиралась уволить сразу после возвращения домой. И именно в этот момент за спиной раздался знакомый голос: — Доброе утро, Воронцова. Сердце предательски подпрыгнуло. Ненавижу организм: он совершенно не умеет сохранять достоинство. Я сделала короткий вдох, привела лицо в самое спокойное выражение, на какое была способна, и только после этого повернулась к Роману. Он уже шёл ко мне по дорожке, придерживая одной рукой перчатки. Сегодня волосы были аккуратно зачёсаны, на нём сидел тёмно-синий мундир, и вообще выглядел он так, будто вчера не стоял со мной на тёмной террасе, прижимая к себе. Естественно, стоило мне решить, что его отсутствие меня совершенно не волнует, как Роман появился. — Белозерский. Он подошёл с таким видом, будто утро ничем не отличалось от любого другого. — Вы хорошо спали? — Прекрасно. — Я тоже. По выражению его лица было совершенно ясно, что эта информация доставляет ему отдельное удовольствие. Я стиснула перчатки за спиной. — Рада за вас. Роман остановился напротив, и несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Мне ужасно хотелось понять, собирается ли он хоть что-нибудь сказать о вчерашнем, и, судя по едва заметной улыбке, он прекрасно это видел. |