Онлайн книга «Князь, не женитесь на Воронцовой»
|
— А вы должны были обидеться? — Нет. — Тогда зачем обсуждаем? Роман повернулся ко мне. — Потому что вы после этого весь вечер смотрите на меня так, будто я совершил преступление. — Я вообще на вас не смотрю. Он медленно поднял бровь. — Наталья. Я выдержала его взгляд ещё пару секунд. — Иногда. — Постоянно. — Самомнение. — Наблюдение. Я отвернулась к саду, решив, что молчание будет самым достойным выходом из разговора. Очень быстро выяснилось, что молчать ещё хуже. — Я просто… не ожидала. — Чего? — Что вы… Я раздражённо махнула рукой, не находя подходящего окончания. Роман тихо усмехнулся, но на этот раз не стал спасать меня от необходимости сформулировать мысль самой. — Попытаюсь вас поцеловать? — Вы не попытались. — Потому что вы отодвинулись. — Я знаю. Роман чуть склонил голову. — Тогда в чём проблема? Я отвернулась к саду. Проблема, к сожалению, существовала, но формулировать её вслух я совершенно не собиралась. — Ни в чём. — Воронцова. Вы сейчас злитесь именно потому, что я остановился? Я резко повернулась к нему. Роман уже улыбался, и от этого захотелось одновременно ударить его и провалиться сквозь террасу. — Не смейте. — Боже мой. — Роман. Его улыбка стала шире. — Вот теперь я действительно растроган. Вы назвали меня по имени. — Я могу назвать хуже. — Верю. Я решила, что с меня достаточно, и направилась к двери. Роман успел перехватить меня за запястье, но сделал это без резкости — просто остановил. Я опустила глаза на его пальцы, и он тут же разжал руку. — Наталья. Снова без отчества. На этот раз в голосе не осталось ни привычной насмешки, ни лёгкости, и я невольно остановилась. — Если хотите, чтобы я вас поцеловал, достаточно сказать. Я несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, действительно ли он это произнёс. — Это самый самоуверенный вопрос, который мне задавали. — Это не вопрос. Я хмыкнула. — Ещё хуже. — Возможно, — тут же согласился Роман. Он стоял совсем близко, но больше не делал ни шага. Не тянулся ко мне, не пытался сократить расстояние и даже не касался. Просто ждал, оставляя решение полностью за мной. И именно это почему-то окончательно разрушило последние остатки здравого смысла. — Вы совершенно невыносимы, — наконец сказала я. Он усмехнулся. — Знаю. — Самодовольны. — Иногда. — Наглы. — Часто. — И ужасно меня раздражаете. — Это я тоже понял. Я схватила его за ворот рубашки и поцеловала. Вообще-то собиралась всего на секунду — ровно настолько, чтобы самой поставить точку в этом бесконечном обмене взглядами, намёками и недосказанностями. Роман замер. Кажется, даже он этого не ожидал, и почему-то именно это доставило мне отдельное удовольствие. Но уже в следующее мгновение его ладонь легла мне на талию, и мой прекрасно продуманный секундный поцелуй перестал быть секундным. Роман ответил медленно, без резкого движения, будто всё ещё оставлял мне возможность передумать и отступить. Я не отступила. Наоборот, сама подалась ближе. Тогда его вторая рука коснулась моей щеки, пальцы скользнули к затылку, и поцелуй стал глубже и теплее. Музыка из гостиной ещё продолжала играть, но я вдруг перестала различать и её, и голоса за дверью. Вот теперь у меня действительно появилась проблема. Потому что Роман Белозерский с его совершенно заслуженной репутацией должен был целоваться самоуверенно, небрежно и, желательно, хотя бы немного раздражающе. |