Онлайн книга «Девятое ноября»
|
— Надо же, какая конкретика! — Это цвет твоих глаз. А еще это мой любимый минерал. — У тебя есть любимый минерал? — Теперь есть. Опускаю глаза и пытаюсь спрятать смущенную улыбку. Его рука у меня на талии снова сжимается – похоже, мне не очень-то удается его отвлечь. Перехожу к следующему вопросу: — Любимое блюдо? — Пад-тай, а твое? — Суши. Почти то же самое. — Даже не рядом. — Ну, и то, и другое из азиатской кухни. Твой любимый фильм? — Скукотища. Придумай что-нибудь поинтереснее. Запрокинув голову, в задумчивости разглядываю потолок. — Ладно! Как звали твою первую девушку? – Я опускаю глаза на Бена. — Бринн Фэллоуз. Мне было тринадцать. — Ты вроде говорил про Абиту. Он ухмыляется: — А у тебя хорошая память. Делаю максимально серьезное лицо: — Дело не в хорошей памяти, Бен. Я просто с ума схожу от ревности, когда думаю о твоих бывших. Он смеется: — Абита не была моей первой девушкой. Она первая, кого я поцеловал. Мне тогда было пятнадцать, мы провстречались год. — Почему расстались? — Нам было по шестнадцать, – заявляет Бен, словно это нечто само собой разумеющееся. Однако, увидев, что я не поняла, поясняет: – Что еще делать, когда тебе шестнадцать? Только расставаться. Ну а у тебя кто был первым бойфрендом? — Настоящим или фейковым? — Любым. — Ты. – Я внимательно вглядываюсь в его лицо, ожидая увидеть жалость, но он как будто даже горд. – Со сколькими ты уже переспал? Бен поджимает губы: — Отказываюсь отвечать. — Больше десяти? — Не-а. — Меньше одной? — Нет. — Больше пяти? — Я о таком не треплюсь. У меня вырывается смешок: — Еще как треплешься! Через пять лет ты выпустишь книгу, в которой собираешься всему свету про нас разболтать. — Через четыре года, – уточняет он. Я меняю тему: — Когда у тебя день рождения? — А у тебя? — Я первая спросила. — Ну, вдруг ты старше меня? Девчонок разве такое не отпугивает? — А парней не отпугивают шрамы на пол-лица? Его рука сжимается у меня на талии, и он, не отрываясь, смотрит мне прямо в глаза. — Фэллон… – Он только назвал меня по имени, а уже словно целую лекцию прочитал. — Просто хотела пошутить. Бен по-прежнему серьезен. — Самоуничижение – плохой повод для шуток. — Ну так я же сама это делаю, мне можно. Вижу, как дергается уголок его рта – он пытается сдержать улыбку. — Четвертое июля, – говорит Бен. – Каждый год вся страна с размахом празднует мой день рождения. — Двадцать пятое июля. Видишь, ты старше. Могу и дальше преследовать тебя, не боясь сойти за престарелую хищницу. Его рука переползает повыше, и он начинает медленно поглаживать меня большим пальцем. — Невозможно преследовать того, кто хочет, чтобы его догнали, Фэллон. Зараза! Если бы не татуировщик, поцеловала бы его за эти слова. Однако я не из тех, кто обжимается с парнями в общественных местах. Хватит уже и того, что сижу у него на коленях. — Мне кое-что нужно о тебе знать, – с дьявольской усмешкой заявляет Бен. – Не торопись отвечать на мой вопрос, подумай хорошенько. От этого зависит будущее наших отношений. Я сглатываю: — Ла-а-адно. И что же это? Он слегка морщится – не знаю уж, от иголки или так волнуется из-за вопроса. — Что ж, пожалуйста. Если бы ты всю оставшуюся жизнь могла слушать только одну группу, кто бы это был? Я вздыхаю с облегчением – проще некуда. Думала, он ведет к чему-то посерьезнее. |