Онлайн книга «Босс, разреши мне любить»
|
Глава 10 Полина Я стою у плиты и помешиваю омлет деревянной лопаткой. Сковородка тихо шипит, от нее поднимается легкий пар, вкусно пахнет яйцами и укропом, который мама попросила добавить в завтрак. Вчерашний вечер крутится у меня в голове, как заезженная пластинка, и я не могу избавиться от воспоминаний, как ни стараюсь. Его сильные руки на моей талии, губы, кусающие мою кожу… а как он смотрел на меня?.. Темным, голодным, почти звериным взглядом, от которого у меня внутри все сжималось в тугой сладкий узел. Это был самый лучший секс в моей жизни. И самый крышесносный оргазм… тот самый, про который пишут в книгах, о котором мечтают подруги и от которого забывают собственное имя. Хотя, если быть честной, сравнивать мне особо не с чем. Было два парня в универе, оба неловкие, оба быстро отстрелялись и «ну как, нормально?» после. Но я знаю точно. Лучше у меня уже не будет никогда. Я выключаю плиту, снимаю сковородку. Выкладываю омлет на тарелку – две порции, маме побольше, мне поменьше, потому что я все равно особо не люблю завтракать. Ставлю тарелки на стол, раскладываю приборы, наливаю в чашки свежезаваренный чай. Маме любит чабрецом и лимоном, я – черный, без сахара. Делаю всё на автомате. Голова занята другим. — Полинка, – мама сидит за столом в своем новом розовом халате, который ей подарил Виталик на это восьмое марта, и внимательно смотрит на меня.– Ты чего такая задумчивая? Я оборачиваюсь и понимаю, что, наверное, уже минут пять стою у окна и смотрю в одну точку. — Всё нормально, мам, – плюхаюсь на стул. – Просто задумалась. — О чём? — Об учебе, о чем же еще, – беру кружку с горячим чаем в руки и начинаю дуть. – Научник сегодня просил зайти, надо детали диплома уточнить. — А-а, – мама кивает. – Ты у меня умница. Все получится, не переживай. Она улыбается, и от этой улыбки у неё морщинки у глаз собираются в лучики, румянец на щеках становится ярче, и как она, сама того не замечая, поправляет на шее тонкую золотую цепочку – папин подарок, который она не решается выкинуть. Говорит, золото не виновато, что ее муж оказался мудаком. Рациональная часть меня понимает, что такой счастливой ее делает Виталик. Пусть с его клетчатыми рубашками, скучными рассказами про логистику, и бесячей синей зубной щёткой в мамином стакане. Я хотела рассказать ей про то, что ее ухажер намекнул мне съехать. Но, наверное, буду молчать. Ее счастье дороже моего задетого эго. — Ешь, мам, пока горячее. Мы едим молча. Мама рассказывает про то, что Виталик вчера починил кран на кухне, который капал уже полгода. И про то, что он обещал на выходных привезти её на дачу. Я киваю, жую омлет и пью чай, который обжигает язык, и думаю об Игоре. Всю сегодняшнюю ночь я опять не спала. Я лежала в темноте, смотрела в потолок, слушала, как за окном воет ветер, и прокручивала в голове каждую секунду вчерашнего вечера. Терзала себя, мучила. Раз за разом возвращалась к одному и тому же вопросу: что это было? Что это значит? Что будет дальше? Я не наивная дура, и в голове у меня не вата. Я отлично понимаю, что для него я – способ сбросить напряжение между деловыми встречами. Одна из многих девушек, которые приходят и уходят. Тёплое тело на кожаном диване. Разрядка. А для меня… Для меня это гораздо больше. |