Книга Пламя Венеции, страница 15 – Джованни Монтанаро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Пламя Венеции»

📃 Cтраница 15

— Вот это место мне нравится.

— А дальше – твое заявление!

— Так у меня же никто интервью не брал!

— «Елена Спина Торчеллан – лучший человек на свете; для меня большая честь работать с ней», – сочинила она, и оба рассмеялись.

Тициано сильно повзрослел. Ему перевалило за двадцать, подростковая худоба ушла, плечи стали шире, ноги – больше. И лицо возмужало – кожа загрубела, потемнела, из-за чего глаза стали еще ярче. Несколько месяцев назад он снял мансарду на Мурано, в двух шагах от цеха: открытые балки, окно, выходящее в небо, спальня, ванная, плита – и больше ничего. Иногда туда заглядывала Лючия – к великому удовольствию муранских сплетниц. Она раздевалась, но не до конца, а он оставлял для нее яблоки.

Помимо дома у него была лодка – санпьерота с моторчиком, пришвартованная на муранской верфи. Называется «Таджанте» – она у него до сих пор, я на ней тоже бывала, – он хотел, чтобы она рассекала волны, как ножницы, от которых она получила свое имя, рассекают стекло. Возить лед на собственном судне – об этом когда-то мечтал его отец; Тициано же лодка помогала расслабиться, избавиться от мысли, что он живет на острове среди островов.

В тот день он взял «Таджанте», чтобы произвести впечатление на Елену.

— Ну надо же было именно сегодня явиться на лодочке, Дзен, костюм же испортишь! – воскликнула она, завидев его. Ради такого случая Елена сама сводила его к портному и подарила смокинг и пару шнурованных Church’s. А запонки Тициано выдул себе из стекла.

Елена решила взять его на прием к Пегги Гуггенхайм, чтобы представить кое-кому из друзей, завести разговор о цехе, может, заключить пару сделок. Но не только поэтому. Ей просто хотелось, чтобы он был рядом, и вот на Дзаттере они заболтались: им было очень хорошо вдвоем. Однако вскоре Елена спохватилась, что они опаздывают, и встала расплатиться. Тициано такое было непривычно: с Лючией всегда платил он.

Они двинулись вдоль Дзаттере, заплутали в лабиринте крохотных калле и вынырнули перед воротами из железа и цветного стекла. «Добрый день, синьора Спина Торчеллан», – сказали девушки на входе; они ее ожидали. Переполненный сад гудел голосами десятков гостей, назойливых и праздных, и Тициано поразился этому пестрому людскому сборищу. Раскосые глаза, светлые, тонкие, унизанные кольцами пальцы, обнаженные руки, белые пиджаки, сверкающие туфли и сандалии с камнями. Елена приветствовала всех с улыбкой, в вихре поцелуев и острот. «Ты великолепна!», «Какое платье!», «А это кто? Ты ушла от Клаудио?». Знакомя людей с ним, она принимала церемонный вид: «Позвольте представить – Тициано Дзен, лучший мастер-стеклодув ближайших пятидесяти лет».

Тициано то и дело ловил себя на том, что слышит имена и видит лица, которые для него до сих пор ассоциировались только с кино, телевидением и модными журналами. И быстро сообразил: те, кого он не узнавал, были самыми могущественными людьми – политики, дельцы, продюсеры, промышленники, наследницы состояний.

Елена была внимательна, держала его рядом, старалась втянуть в разговоры.

— Видел – тут Феллини?

— Не знал, что у него такой визгливый голос.

— А как тебе Кэри Грант?

— Принял меня за официанта и стащил тарелку.

— Не узнал The new Тициано?

— Ага, как бы еще девушек у меня не отбил.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь