Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
— Еще нет, — сказала я. — Пока пробуем оставаться на несколько дней. Передвинули мебель. Мой стол теперь у окна в спальне. — А большой стеллаж? — На месте. Там часть книг общая. — Тогда я, когда приеду, заберу свой атлас. Я все забываю. — Твой атлас у тебя, — сказал Антон. — Я его возил тебе три года назад. Алиса замолчала. Потом за экраном что-то стукнуло. — Точно. Он у нас под колонкой. — Великое географическое открытие, — сказала я. Она рассказала, как на работе перепутали две переговорные и ее коллега десять минут объяснял чужим людям совсем не тот проект. Потом спросила, не помню ли я название магазина, где покупала себе кеды. Антон ушел переодеваться, а мы с Алисой еще поговорили. Мы попрощались, когда у нее зазвонил домофон. Я положила телефон и увидела, что Антон уже натянул кроссовки. — Ты торопишься? — Нет. Но если мы еще час будем собираться, прогулка станет вечерней. — А что плохого в вечерней? — Ничего. Кроме того, что я хотел дневную. Мы вышли без точного маршрута. В июне город наконец перестал отталкивать от себя холодными стенами: из открытых окон доносился звон ложек, на клумбах у подъездов торчали подпорки для пионов, дети водили мелками по асфальту так усердно, словно собирались перекрасить весь двор. На мне была светлая рубашка с подвернутыми рукавами и свободные брюки. Антон шел рядом, иногда касаясь тыльной стороной пальцев моей руки. В конце нашего квартала я сама взяла его за руку. У пруда работал прокат катамаранов. Я обычно проходила мимо, даже не глядя на выцветший щит с ценами. В этот раз Антон остановился у ограды. — Давай? — Ты собираешься крутить педали после такой прогулки? — Я же тебя не на другой берег города зову. На воде медленно поворачивался желтый катамаран. Мужчина на нем сосредоточенно работал ногами, а его спутница держала над головой раскрытый зонтик от солнца. От этого судно выглядело так, словно вышло на особенно важное задание. — У нас зонтика нет, — сказала я. — Придется рассчитывать на скорость. Через несколько минут мы сидели рядом на жестком сиденье. Работник проката помог оттолкнуться от мостков, напомнил, до каких буйков можно доплывать, и вернулся под свой навес. Руль оказался у меня. — Все правильно, — сказал Антон. — У водителя выходной. — Здесь права не проверяют. Я могу оказаться кем угодно. — На берегу ты производила хорошее впечатление. Я повернула ручку, и мы неожиданно пошли вдоль мостков вместо того, чтобы от них удаляться. Антон перестал крутить педали. Катамаран плавно развернулся, я исправила направление и вывела нас на свободную воду. — Теперь понятно. — Тогда можно ехать? — Плыть. — Уже начинаешь придираться к пассажиру. Я посмотрела на его работающие ноги. — Ты не пассажир. Ты вторая половина двигателя. За буйками блестела вода. Пруд оказался совсем не таким большим, каким выглядел с берега, зато сам берег отсюда изменился. Деревья заслонили низкие дома, люди на дорожке двигались над нами, а скамейка, на которой я не раз сидела одна, пряталась под тяжелыми ветками. Я узнала ее по облупленной боковой планке и почему-то обрадовалась. Антон заметил, куда я смотрю. — Твое место? — Иногда. Там не так слышно дорогу. — А я обычно шел с другой стороны. Там короче к остановке. Мы оба знали этот парк много лет и могли ни разу не пройти по одной дорожке. Я хотела сказать ему об этом, но в этот момент мы почти остановились. Антон тоже перестал крутить педали, уверенный, что я хочу рассмотреть берег. |