Книга Измена. Папа в 50, страница 30 – Марта Ли

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Измена. Папа в 50»

📃 Cтраница 30

— Аврора Викторовна, у меня вопрос: договор аренды на тот кабинет — вы видели оригинал?

— Видела.

— Копия у вас есть?

— Есть.

— Хорошо. Это важно. И ещё: платежи по карте клиники на мебель — это ваши?

Я молчала секунду, а потом отвечала:

— Нет.

— Тогда мы это покажем. Я хочу, чтобы судья не гадал. Я хочу, чтобы он видел картину.

В день первого заседания мне было физически плохо. Тошнота, руки мокрые, голова тяжёлая. Я приехала раньше, сидела в машине у суда и смотрела на вход, как будто там сейчас не заседание, а хирургическая операция на мне самой. И в каком-то смысле так и было.

Горин подошёл, открыл дверь, наклонился:

— Выдохните. Мы не за эмоции бьёмся. Мы за факты.

— Я боюсь, что меня там раздавят, — призналась я.

Он не стал говорить “не бойтесь”. Он сказал другое — и от этого было спокойнее:

— Если начнёт давить — не спорьте. Смотрите на меня. Я отвечу.

В коридоре суда было душно, пахло раздражением. Люди сидели с папками, кто-то ругался, кто-то молчал, уткнувшись в телефон. Я поймала себя на мысли: вот оно, “репутация”, которой Артур меня пугал. Обычный коридор. Обычные люди. И никто не смотрит на тебя, как на позор. Всем всё равно. Всем важнее своё.

Артур пришёл эффектно. В хорошем костюме, с тем лицом, которое он делает перед камерами: спокойствие, достоинство. Рядом с ним шёл другой юрист — молодой, с уверенной улыбкой. Артур бросил взгляд на меня, как будто проверял: сломалась или нет?

Я подняла подбородок. Не опустила глаза.

Когда нас вызвали, я вошла в зал и сразу почувствовала, как колени становятся ватными. Судья говорил сухо, по делу. Слова звучали как железо: “развод”, “имущество”, “доля”, “доказательства”. Я ловила себя на том, что хочу заплакать от одной фразы “прекращение брака”. Столько лет — и вот так.

Но плакать там было не к месту. Там надо было стоять уверенно.

Артур говорил красиво. Он говорил про “эмоциональное состояние супруги”, про “опасность для бизнеса”, про то, что “он обеспечивал семью”. Он пытался сделать из меня женщину, которая “обиделась и мстит”. Это было настолько предсказуемо, что я даже удивилась — неужели он правда думает, что я не знаю его?

А потом заговорил Горин. И это было совсем другое.

Он не кричал. Не давил. Он просто начал задавать вопросы. Спокойно. Методично. Он показывал документы так, будто выкладывал карты на стол — одну за другой.

— Артур Алексеевич, подтверждаете, что договор аренды помещения по адресу… подписан вами?

Артур напрягся:

— Да. Но это служебное…

— Служебное помещение в жилом комплексе? — Горин не улыбался. — С мебелью, оплаченной с карты клиники? И с назначением платежа “для кабинета”?

Я смотрела на Артура и видела, как у него дрожит желвачок на щеке. Он пытался держать лицо, но внутри уже начал злиться.

— Я не обязан здесь обсуждать детали, — бросил он.

— Вы обязаны отвечать на вопросы, — ровно сказал судья.

И Артур ответил. Сухо. Со злостью. А Горин продолжал.

Он показал, где были завышены суммы по закупкам. Где появились странные “консультационные услуги”. Где деньги уходили не туда. И всё это было не “на эмоциях”. Это было в цифрах. В печатях. В подписи Артура.

Юрист Артура пытался вставлять слова, но его быстро ставили на место: “по существу”.

И вот впервые я увидела Артура не всемогущим. Я увидела его человеком, который привык, что его боятся, а теперь боится сам.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь