Онлайн книга «После нас ничего не осталось»
|
— Том, а ты насчет дочери Лазарева ничего не хочешь спросить? — интересуется у меня, следя за моей реакцией. — Она твоя пациентка. Не моя, — отвечаю твердо. — Пока тебя не было, Лазарев справлялся о тебе у Демьяна Родионовича, — не сводит с меня взгляда. — Я случайно услышал, потому что пришел к нему подписать кое-что. Струна, молчавшая две недели, неконтролируемо дергается. — И что главный ответил? — отсутствие интереса больше не получается изображать. — Правду. Что ты ты уехала в отпуск. Не знаю, чего он хотел от тебя, но определенно был в недоумении. — В недоумении оттого, что узнал страшный факт — люди ходят в отпуск? — мой смех выходит неискренним. — Прости, что лезу не в свое дело, но вас что-то связывает? Потому что Лазарев после разговора с главным наехал на свою шестерку. — Петь, ты что же, сплетни решил собрать? — спрашиваю веселясь, лишь бы не показывать, что эта новость задевает меня. — Не знаю, Том, — отвечает без улыбки. — Просто мне не по себе, понимаешь? — Перестань, тебе не о чем переживать. Думаю, Лазарев просто испугался, что в случае отката в состоянии его дочери я буду далеко и не смогу вас проконсультировать. Не ищи заговор там, где его нет. И поражаюсь тому, как складно у меня получается врать. — Я пойду, — в последний раз улыбаюсь Петру и выхожу из его кабинета. Ноги ватные и подкашиваются. Я иду по коридору мимо палат и сворачиваю к лестнице, но не спускаюсь по ней, а остаюсь на площадке — тут есть неприметная дверь на балкон, выходящий на задний двор больницы. Выбираюсь на воздух, закрываю за собой дверь и опираюсь на нее спиной. В моем кармане лежат сигареты, к которым я пристрастилась в последнее время. Достаю пачку, закуриваю и прикрываю глаза. Я фантазирую о том, как перебираюсь на Сахалин — максимально далеко от Лазарева, и забываю о его существовании. Что тебе нужно от меня, черт возьми? Оставь меня в покое. Уйди из моей жизни, из моих мыслый, хватит мучить меня. Сбоку слышится шорох. У стены стоит старый шкаф, и я заглядываю за него. На полу сидит девочка, рядом лежат ходунки. И как я раньше не обратила на них внимания? Тушу сигарету и сажусь на корточки перед девочкой. Она смотрит на меня с интересом, изучая. У нее темные, немного вьющиеся волосы и совершенно контрастные зеленые глаза. Худенькая, бледная. — Ты кто? — спрашивает меня звонким голоском. — Врач. А ты кто? Глава 26 * Тамара * — А я девочка. Ты какой врач? — спрашивает с очень серьезным видом. — Эндокринолог. — Что ты лечишь? — То, что не видно, — гормоны. Знаешь, что это такое? Девочка смешно морщится, задумываясь. — Нет, не знаю. Я тебя раньше тут не встречала. — Я работаю в другом отделении, сюда зашла поговорить с коллегой. — Понятно. Ты курила. Курить плохо. — Согласна, — вздыхаю с улыбкой. — Если взрослые знают, что курить опасно для здоровья, почему они это делают? Сажусь на пол рядом с девочкой: — Взрослые делают много нелогичных вещей — например, думают о человеке, которого должны ненавидеть, слишком часто. — Взрослые странные, — выносит вердикт. — И не поспоришь. Почему ты тут сидишь? — Я упала. — Это плохо. — И больно, вообще-то, — говорит немного обиженно. Невольно улыбка трогает мои губы. Девчушка очень интересная. Какая-то слишком серьезная для своего возраста. Сколько ей? Лет девять? |