Онлайн книга «Саня»
|
— Саша, — Зоя смеётся, — тебя когда-нибудь били сковородкой? — Пока только рукой, — подмигивает мне, намекая на сегодняшнюю пощёчину. Телефон на столе вибрирует. Александр Евгеньевич глядит на экран, и веселье сменяется напряжением. — Батя, — с досадой выдыхает он. Ещё пару секунд смотрит на телефон так, будто надеется, что отец передумает звонить самостоятельно. — Да, — прислоняет телефон к уху. Мы с Зойкой переглядываемся. Больно любопытные мы барышни. — Я уже понял, что ты знаешь… Не обязательно орать, я тебя прекрасно слышу. Я невольно выпрямляюсь — так интересно. — Завтра? — Александр Евгеньевич морщится. — Я вообще-то работаю… Да работаю я! Какое отношение имеет… Батя, давай без этого. Зоя беззвучно спрашивает одними губами: «Что случилось?» — я пожимаю плечами, мне самой хочется знать. — Хорошо, приеду. Во сколько?.. Понял. Всё. — Он сбрасывает звонок, продолжая смотреть на экран. — Пизда. — Что случилось? — спрашиваю я. — Завтра к бате на ужин, мне пизда. — Александр Евгеньевич, это всё-таки ваш отец, а не глава преступной группировки. Он поднимает на меня глаза: — Ты его не знаешь. — Он вдруг смотрит на меня внимательнее, и я сразу понимаю, что сейчас скажет какую-нибудь глупость: — Эмка, со мной почухаешь. — Нет, — отрезаю. — Почему? — Потому что нет! С какой стати я вообще должна ехать к вашему отцу на семейный ужин? — Не семейный — карательный. — Тем более! — Поедешь со мной. Пусть хоть при тебе пиздит, не так обидно будет. Зоя ржёт. Я смотрю на неё с осуждением, но поддержки там не нахожу. — Александр Евгеньевич, это вообще никак не связано с моей работой. — Как это не связано? Меня как раз за работу отчитывать будут. — Тогда тем более справитесь самостоятельно. — Не справлюсь, я слабый и беззащитный. — Эм, съезди! — Зоя поддерживает эту мудрую идею. — Я хочу потом послушать. — Нет, — повторяю ему. — У вас семейный разговор, я там буду совершенно лишней. — Не будешь. Батя любит сотрудников, особенно нормальных. Посмотрит на тебя, поймёт, что компания ещё не совсем обречена. Я хочу снова отказаться и вдруг представляю: его отец... Человек, о котором Александр Евгеньевич говорит постоянно — то ругается, то ворчит, то рассказывает какие-то истории; тот самый Евгений Иванович, который построил компанию, в которой я теперь работаю; тот самый отец, перед которым этот невозможный мужчина внезапно превращается почти в провинившегося подростка. И совершенно некстати появляется другая мысль: а если я ему не понравлюсь? Мне вообще не должно быть никакого дела до того, понравлюсь я отцу Александра Евгеньевича или нет — совершенно! — А он… — начинаю и замолкаю. — Чё? — Александр Евгеньевич прищуривается. — Ваш отец вообще нормально относится к тому, что вы приводите сотрудников домой? — Эмка, ты сейчас переживаешь, понравишься ли моему папе? — Нет! Конечно нет. Я просто пытаюсь понять, насколько неловким будет этот ужин. — Очень, поэтому и зову. Не ссы, ты ему понравишься. — Откуда вы знаете? Он пожимает плечами: — Мне же понравилась. Зоя тихо присвистывает. Он, кажется, сам не понимает, что сказал: спокойно берёт чашку и делает глоток. А у меня начинает бешено колотиться сердце. — Так за что вас хоть отчитывать будут? — спрашиваю я, больше чтобы сменить тему. |