Книга Саня, страница 118 – Алинара Велари

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Саня»

📃 Cтраница 118

​Эмка сначала ещё пыталась изображать самостоятельность. На первой кассе полезла за своей картой, получила от меня по руке и возмущённое «Ты охуела?». На второй она снова дёрнулась к сумке уже чисто из принципа, на третьей только тяжело вздохнула, а где-то к пятой окончательно приняла правила игры: суёт продавщице вещи, я прикладываю карту, и мне вручают очередной пакет. Пиздатая система, особенно когда перестаёшь считать, сколько этих пакетов уже висит на руках.

​Эмка постепенно оттаивает. Сначала просто перестаёт ходить с лицом оскорблённой княжны, потом начинает сама показывать мне вещи. Выходит в брюках, спрашивает, не делают ли они ей жопу плоской. Я честно отвечаю, что сделать её жопу плоской не способна современная текстильная промышленность, получаю в ответ закатывание глаз, но брюки отправляются на кассу. Потом она находит какие-то босоножки, надевает одну, проходит передо мной туда-сюда и уже без обиды спрашивает:

​— Удобно выглядит?

​— Эмка, откуда мне знать, удобно ли твоей ноге?

​— Ну мало ли, вы же сегодня эксперт вообще по всему.

​— По твоим ногам я эксперт в другой области.

​Она фыркает и идёт за второй босоножкой.

Эмка постепенно входит во вкус. Оказывается, если женщине дать волю и карточку, у неё включается особый режим: глаза блестят, щёчки розовеют, и она носится между вешалками с грацией голодного коршуна.

​Таська тоже обожала вот это: ходить часами, что-то мерить, потом возвращаться в первый магазин, потому что там всё-таки было лучше, а потом передумывать и тащиться в третий. Денег у неё до меня особо не было, а когда появились, первое время она вообще охуевала от цен и отказывалась брать вещи, которые сама же полчаса разглядывала, но потом привыкла. Она ходила довольная, рылась в тряпках, иногда прибегала показать очередную хуйню, а я таскал пакеты и прикладывал карту к терминалу.

​И вроде занятие хуже не придумаешь. Я ненавижу магазины. Через сорок минут у меня начинает чесаться всё тело, через час хочется сесть на пол, а через два — поджечь торговый центр и выйти из него героем новостей. Но тогда я был счастлив, потому что рядом ходила счастливая Таська.

​И сейчас это ощущение возвращается. Эмка стоит метрах в пяти от меня и разглядывает серьги. Волосы убрала за ухо, в одной руке пакет, второй перебирает какую-то блестящую мелочь. Потом замечает что-то ещё, тянется, улыбается продавщице.

Я соскучился по этому дебильному ощущению, когда рядом женщина, которую хочется радовать, и тебе от этого самому какого-то хуя хорошо в два раза сильнее.

​К обеду стою с восемью пакетами и думаю, не купить ли Эмке серьги, на которые она смотрела. Мужик, хули.

​— Александр Евгеньевич, я, кажется, проголодалась.

​— Без базара, — оживляюсь я, доставая телефон. — Сейчас Павлику наберу, он забронирует стол в рыбном или у Азамата, минут через двадцать доедем.

​— Зачем куда-то ехать? — Эмка удивлённо хлопает ресницами и показывает пальцем куда-то наверх, где горит яркая вывеска. — Пойдёмте на фуд-корт.

​Перевожу взгляд с её синих глаз на эскалатор, ведущий на верхний этаж, откуда несёт чадом пережаренного масла и воплями школьников.

​— Эмка, там люди едят из картона, это крысятник.

​Она начинает смеяться:

​— Почему сразу крысятник?

​— Потому что там тысяча человек на квадратный метр, один орёт, второй чихает тебе в картошку, а третий жрёт лапшу, которая пахнет мокрой собакой, и всё это под аромат старого масла из пятнадцати фритюрниц.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь