Книга Друг свёкра. Любовь, которую я выбираю, страница 23 – Ольга Люм

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Друг свёкра. Любовь, которую я выбираю»

📃 Cтраница 23

— Терпеть умею, — сказал он.

Глава 12

Я встала, отряхнула колени, огляделась.

— Нам нужно зайти в дом. Я не могу делать это на земле. Вам нужно сесть так, чтобы я могла зафиксировать руку.

Он попытался встать, и я увидела, как его лицо исказилось от боли — не только в руке, он, наверное, ударился спиной, может быть, рёбрами. Он покачнулся, и я подставила плечо. Он опёрся на меня — осторожно, боясь раздавить, и я почувствовала, какой он тяжёлый, какой огромный, и как сильно он старается не перенести на меня весь свой вес.

— Обопритесь, — сказала я твёрдо. — Я держу.

Он посмотрел на меня сверху вниз, и в его глазах мелькнуло что-то, от чего моё сердце сделало ещё один кульбит. Уважение. Он смотрел на меня с уважением.

Мы дошли до его дома. Я открыла дверь, завела его внутрь, усадила в то самое глубокое кресло, в котором он, наверное, читал по вечерам. Он откинулся на спинку, закрыл глаза, и я увидела, как дрожат его ресницы — тёмные, густые.

— Где у вас аптечка? — спросила я, оглядываясь.

— В ванной, — сказал он. — На верхней полке.

Я нашла аптечку — старую, но укомплектованную. Бинты, эластичный бинт, шина — самодельная, деревянная, видимо, на случай таких вот травм. Йод, вата, обезболивающее. Я взяла всё, вернулась, села перед ним на низкий табурет.

— Сейчас я дам вам обезболивающее, — сказала я, протягивая две таблетки. — Но оно не снимет боль полностью. Вам придется терпеть, пока я буду вправлять.

Он взял таблетки, проглотил, запил водой из кружки, которая стояла на столе. Я взяла его руку — осторожно, кончиками пальцев, исследуя. Кости были целы, я чувствовала это. Чистый вывих. Сильный, с разрывом связок, но без перелома. Если бы он был старше, если бы кости были хрупкими — было бы хуже. Но его руки — сильные, натруженные — держались.

— Смотрите на меня, — сказала я, беря его кисть в свои ладони. — Не смотрите на руку. Смотрите на меня.

Он поднял глаза. Серые, с золотыми искрами, сейчас они были тёмными от боли и напряжения. Но в них было доверие. Полное, безоговорочное доверие, от которого у меня перехватило дыхание.

— Я сейчас сделаю резкое движение, — сказала я, чувствуя кости под пальцами, вспоминая анатомию, углы, силу. — Не дёргайтесь. Доверьтесь мне.

Он кивнул.

Я сделала выдох — и одним чётким, выверенным движением вправила кость.

Он не закричал. Я ожидала крика, ожидала, что он дёрнется, выругается, может быть, потеряет сознание. Он стиснул зубы так, что желваки заходили ходуном, его свободная рука вцепилась в подлокотник кресла так, что побелели пальцы, но он не издал ни звука. Только выдохнул — долго, сквозь зубы, и закрыл глаза.

Я сидела, держа его руку в своих, чувствуя, как бьётся пульс под моими пальцами — часто, неровно, как у зверя, который только что избежал ловушки.

— Всё, — сказала я тихо. — Всё, Егор. Вправила. Сейчас зафиксирую.

Он открыл глаза. В них не было боли. Было что-то другое — такое, от чего моё сердце, и без того колотившееся где-то в горле, пропустило удар.

Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Будто та женщина, которая приехала сюда бледной тенью, раздавленная чужим предательством, исчезла. И на её месте сидела другая — сильная, умелая, не боящаяся ни боли, ни ответственности.

— Ты, — сказал он, и голос его сел, охрип, но в нём не было слабости, — ты кто такая?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь