Онлайн книга «Сломанные игрушки»
|
— Ты уже отвлек, — произнесла, не поворачивая головы таким же ровным голосом. — Либо говори, либо не мешай. Мартин глубоко вздохнул, чувствуя, что слово «извини» застревает где-то на пути к горлу. — Я хотел извиниться. Ванесса медленно повернула голову с оттенком едва заметного недоумения. Ее брови сдвинулись к переносице. — За что? — спросила она. В ее голосе слышалось искреннее непонимание. Она не могла взять в толк. Мартин на секунду завис от этого вопроса. «Как за что?» — хотелось возмутиться он, но тут-же взял себя в руки. — За то, что смеялся, обзывал, обижал, — быстро, чтобы не передумать, перечислил он. Ванесса молчала несколько мгновений, изучая его лицо. Ее взгляд был пронзительным. Мартину казалось, что она видит его насквозь, со всеми его страхами и глупой надеждой на прощение. — Ты извиняешься потому, что думаешь, что меня это задевает? — наконец спросила она. — Или потому, что ты испытываешь внутренний дискомфорт? Вопрос ударил под дых. Это было именно то, о чем он думал все лето, но не мог сформулировать. Все его покаяние выглядело жалким фарсом. Она ни на секунду не была жертвой. Жертвой здесь был он сам, истязаемый собственным стыдом. — Я чувствую себя виноватым, — тихо сказал он то, что было правдой. — И я хотел, чтобы ты знала… я больше не буду. Ванесса вздохнула. Как взрослый, который объясняет очевидную вещь ребенку. — Мартин, — она впервые за весь разговор назвала его по имени, и от этого у него по спине пробежал холодок. — Твои внутренние метания и вина — это твоя личная проблема. Если это все, ради чего ты меня отвлек, я бы хотела закончить свою работу. Она повернулась к тетради, пробежала глазами по строчкам, нашла то место, где остановилась, и продолжила писать. Мартин продолжить смотреть на нее: «Она ответила. Просто так. Спокойно. Неужели все это время можно было просто подойти и заговорить? И в ее взгляде не было ни капли обиды за три года». Разговор был окончен, но легче ему не стало. Он понял, что его извинения для нее, действительно ничего не значат.
Ричард немного успокоился. Рядом с ним все еще была София, удобная и не задающая лишних вопросов. Он мог целовать ее в коридоре, уединяться с ней за закрытыми дверями, обсуждать планы на выходные. Казалось, он забыл про существование «призрака». Но это была лишь видимость. Он раздражался после каждого приема, где пересекался с ней. Больше всего его раздражала ее естественность. На новогоднем приеме, самом блестящем событии зимнего сезона, это ощущение достигло пика. Ванесса вместе с отцом сидела за одним столом с иностранной делегацией. Ричард, сидевший через два стола от них со своей семьей, видел, как она, без капли стеснения, переключалась с немецкого на английский, а с английского на французский с легкостью профессионального переводчика. Пожилой французский политик что-то с жаром говорил ей, и она, внимательно выслушав, отвечала так, что тот разражался довольным смехом. Она была как рыба в воде. Ричард, рожденный в этом мире и находившийся в светских кругах с пеленок, чувствовал себя в сравнении с ней чужаком, случайно промахнувшимся дверью. На следующий день после Рождества, когда все собрались в его комнате в доме Уинтерсов, Ричард, яростно нажимая на кнопки джойстика во время файтинга, выплескивал свою досаду на Генри и Мартина. София, сидя рядом с ним на диване, лениво поглаживала его шею и затылок перебирая его волосы. |
![Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-49.webp] Иллюстрация к книге — Сломанные игрушки [book-illustration-49.webp]](img/book_covers/140/140938/book-illustration-49.webp)