Онлайн книга «Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках»
|
Дойдя до конца зелёного поля, они остановились перевести дыхание у каменного мостика через маленькую, но бурную речку. — Сколько же здесь гектаров в итоге? — спросила Вера. — Не знаю точно. Десять или больше. — С ума сойти. — Не сойдём, хотя это более чем… Вера издала короткий смешок. — Надо же… подумать только… Освоим? Адам нахмурился, изображая озабоченность. — Придётся попотеть… А куда мы денемся. Думаешь, не потянем? Она тряхнула своими пышными волосами с рыжим отливом, вспыхнувшими золотом в лучах уходящего солнца. — Я в тебя верю… Ты у меня могуч… Хотя это кажется сумасбродством… — Понял, — Адам улыбнулся. — Слава Аллаху, что не сомневаешься, а то уж я подумал… Иногда надо верить в сумасбродства. И совершать их, а не только верить в них… Он притянул её к себе и жадно поцеловал в губы. Мягкий, но холодноватый ветерок предгорья вихрем завертелся вокруг и умчался куда-то вверх, видимо, на ночлег. Они бродили ещё около часа по нескончаемой земле, ещё не ставшей их собственностью. Навстречу им попалась большая ослепительно белая лошадь с шикарной бежевой гривой, и они немного поговорили с ней тихими голосами, прежде чем направиться к главному жилому дому, где их ждал человек, которого не иначе как обстоятельства жизни заставляли продать всю эту красоту. В сотне метров от жилого дома, стоявшего полукругом, спиной к горам, виднелось длинное строение, разделённое на боксы. Конюшни. Или нет — целый конный завод. Огромный табун. Его Адам, конечно, миновать не мог и обошёл всё строение, не переставая хвалить хозяина за высокий, на удивление, уровень обустройства помещений. У себя им такого явно не хватало. Нет, их конюшни тоже были неплохими, да и всё хозяйство работало исправно, и работники были что надо, уютным и обжитым был и их дом. Но уровень всего хозяйства здесь был намного выше, ближе к международным стандартам. Но главное — иными были окрестности, вселявшие веру в то, что они с женой окончательно обретут здесь душевный покой и продолжат… нет, начнут снова свою плавную, но счастливую жизнь, не считая дней… — О чём ты думаешь? — тихонечко спросила Вера. — О том же, о чём и ты. Их голоса отозвались эхом в добротных стенах конюшни. Адам наклонился и подобрал с пола обрывок бумажки, принесённый ветром. Вера улыбнулась: — Аккуратист ты мой… — Ты ведь знаешь, что посторонний предмет может очень раздражать породистого жеребца. Как нас — мышь или лягушка в ванной комнате. На ступеньках огромного деревянного дома в стиле альпийского шале их ждал высокий худой человек в элегантной шерстяной куртке в шотландскую клетку. Время и возраст, безусловно, оставили свои отметины на лбу и щеках мужественного лица, но из-под козырька стильной кепки на приезжих смотрели строгие и ясные серые глаза и торчали мальчишеские желтоватые, ещё не совсем седые вихры. В ногах у мужчины в величавом спокойствии замер тёмно-коричневый пойнтер. В доме оказалось много окон, повёрнутых к солнцу, заходящему в самом конце долины, отчего внутри всё светилось как днём, несмотря на время заката. Середину просторной гостиной занимал длинный стол, способный принять добрую дюжину членов семьи или друзей. Слева в гостиной стояли широкий кожаный диван и несколько удобных кресел, а правую часть заполняла аудио- и видеоаппаратура, судя по маркам, самых последних образцов, что на фоне полок, заполненных компакт-дисками и DVD, выдавало другую страсть хозяина, кроме лошадей. Закрытая сейчас двустворчатая дверь в стене правой части гостиной выходила на ступеньки, ведущие к большому бассейну, вероятному месту летнего отдыха и ничегонеделания. Глаза Веры и Адама осторожно, но внимательно фиксировали все эти детали пока ещё не своей обстановки, наполнявшей их сердца необычным теплом. |