Книга Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках, страница 29 – Сергей И. Венедов

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках»

📃 Cтраница 29

Он вдруг почувствовал меньшую уверенность в себе и ослабил руку на рукоятке пистолета. Словно поняв, что Фефа ждёт от него какого-то решения, Адам предложил:

— В общем, ты выбирай: или ты возвращаешься в дом со мной и тихонько сидишь в комнате, или ты затыкаешься, отваливаешь, и твоей ноги никогда больше здесь не будет. Идёт?

Фефа поморщился.

— Ну и напугал он меня, ща затрясусь, — буркнул он, скосив взгляд на лошадей. И почти сразу решил: — Ну раз так, съезжу прошвырнусь в город… пивка попью!

И ничего не добавляя, пошёл к «Ладе»-девятке, забрался в неё и включил мотор. Когда машина исчезла на шоссе, Адам тоже сел за руль, чтобы вернуть свой тяжёлый кроссовер в стойло.

Никакого чувства победы он не испытывал.

В комнате Вера меряла пульс Вальтера, ловя момент, когда его веки приподнимались, и тогда она перехватывала его взгляд.

Дверь распахнулась так резко, что она вздрогнула.

— Ну что ты поделаешь с этим сопливым придурком? — сказал Адам, входя.

— Ты знаешь, Вальтер совсем плох, — оборвала его жена.

* * *

Домик был похож на все другие вокруг. Отгороженный от улицы железной сеткой с калиткой, выложенная плиткой от калитки дорожка, ведущая к крыльцу, маленький квадратный садик, прилегающий к дому с серыми стенами.

Из дома вышла маленькая девочка и уселась на первую ступеньку крыльца. Бледная, худенькая, с грустными тёмными глазами, как многие дети в этом районе, одетая кое-как. Тёмно-коричневые штанишки перекрывала объёмная синтетическая куртка зелёного цвета, явно на вырост, а может, и с чужого плеча. Из-под ядовито-малиновой шерстяной шапочки свисали вьющиеся прядки светлых волос. Одежда, видимо, плохо грела её, потому что девочка обхватывала себя скрещёнными руками и крепко сжимала своё крохотное тело.

«Интересно, сколько ей может быть лет? — пытался отгадать Фефа, всматриваясь в сад с противоположной стороны улицы. — Три или четыре?» Несколько минут малышка сидела, неподвижно глядя перед собой, как будто рассматривала какие-то одной ей ведомые картины, потом как бы очнулась, и, прогоняя картины, наклонилась, чтобы подобрать с земли лежавшую рядом куклу, разместила её у себя на коленях и сунула в рот игрушечную соску, которую вытащила из кармана. Заботливая мать. Заметила ли она мужчину, наблюдавшего за ней с противоположного тротуара, стоя между двух припаркованных машин?

Только через какое-то время, убедившись, что её дитя уснуло, она перевела свои тёмные глаза в сторону улицы, тоже тёмной, несмотря на полдень. Солнце сегодня как будто не вставало вовсе, и под серым-серым небом вся эта длинная и узкая улица, застроенная такими же серыми домами, как этот, была обречена оставаться сумрачной в любое время дня. Зато с утра и до вечера её оглашал шум транспорта — легковушек, грузовиков и автобусов, которые выбирали эту артерию для объезда главных улиц, забитых машинами. Но пока ещё большого движения на улице не началось, и девочка продолжала пристально смотреть через калитку на мужчину, стоявшего на той стороне. Тот неловко ей улыбнулся, но она не улыбнулась в ответ, то ли от испуга, то ли потому, что не привыкла улыбаться. С правой стороны к дому подходил пожилой мужчина в дешёвом тёмно-синем старомодном плаще и засаленной кожаной фуражке из разряда тех, кто родился с погасшим окурком в краешке рта, состарился раньше времени и был обречён кашлять до конца своих дней. Он открыл калитку, чтобы пройти к крыльцу, на котором играла девочка, но заметил незнакомого мужчину на противоположной стороне и, держась за ручку калитки, повернул голову и обвёл его настороженным, неодобрительным взглядом.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь