Книга Сладкая тьма, страница 83 – Эмма Хамм

— Дай нож, Гуннар.

— Рагнар, я не думаю…

— Нож.

Не сказав больше ни слова, брат снял с груди нож и протянул ему. Это было лезвие с длинной рукоятью, острое, изогнутое. Его блеск напомнил Рагнару о первой охоте с отцом. Они тогда были совсем мальчишками. Молодыми и не знающими, во что ввязываются. Рагнар первый убил оленя, а когда отец точно так же дал ему нож и сказал разделать это прекрасное создание, он расплакался.

Вначале Рагнар устыдился своей реакции. Ни один достойный охотник не будет поливать слезами добычу, которая обеспечит его семью пропитанием на много недель вперед.

Но слова отца он запомнил на всю жизнь.

«Проливая слезы о его гибели, ты делаешь животному честь. Это значит, ты осознаешь, что отнял жизнь. Это хорошо. Мы не убиваем без смысла и причины, сынок».

А теперь у него была причина. И смысл.

Гуннар вздохнул и положил ему руку на затылок. Они обнялись, два брата, без сомнения знающих, что снова рискнут жизнью.

— Убивай быстро, – сказал Гуннар.

— Целься в живот, – поправил Рагнар. – Хочу, чтобы они умирали медленно.

Может, это говорил зверь в нем. Может, он просто доказывал, что не так далеко ушел от шерсти и чешуи. В этот момент ему было все равно. Он хотел мести. Он хотел ее сейчас.

Брат кивнул. Им предстояло сражаться вместе. Рагнару было положено держаться позади остальных, но ни один тролль не стал бы отрицать его права сражаться. Никто не отказал бы ему в жажде крови и человеческих криков.

Они двигались как единое целое. Кровь закипала от предвкушения охоты. Пусть его жена и может возненавидеть его потом.

Майя проснулась от стука в дверь. Странно, вроде у нее сегодня не было покупателей. Она вообще плохо помнила, когда кто-то последний раз приходил за цветами. Почему? Она была такой сонной, что толком не помнила. Может, проблема в том, что отец был совершенно неспособен управляться с деньгами. Слишком много людей заплатили за свои цветы дважды, а в итоге уходили искать других цветочников. Надо будет с ним об этом поговорить.

Вывалившись из кровати, она пошла по коридору, моргая так медленно, все равно что с закрытыми глазами. Надо было сходить на рынок. Что-то в голове подсказывало, что у них нет еды. Она была бы не против что-нибудь испечь. Отец любил свежий хлеб с маслом. Может, если он проснется к такому завтраку, у него и настроение будет получше.

Сглотнув ощущение ваты во рту, от которого язык словно бы распух, она добралась до двери и распахнула ее.

И встретилась лицом к лицу с тролльчихой. Что было странно, учитывая, что в ее городе тролли не жили.

И тут наконец она проснулась и вспомнила все, что случилось. Это и правда была тролльчиха. Потому что это был город троллей. Потому что она больше не жила в человеческом королевстве среди себе подобных. Вместо этого ее окружали тролли.

По телу пробежала волна тревоги, кровь бросилась в лицо. Как же ее звали?

— Инкери, – сказала тролльчиха. Ее темно-синяя кожа словно бы сияла в свете светляков. – Уверена, ты запомнила меня после путешествия сюда. Но с тех пор много чего случилось и тебя много кому представили, так что легко забыть.

— Прости, пожалуйста, – выпалила Майя, распахивая дверь еще шире. – Ну конечно же я помню. Я просто только что проснулась и, честно говоря, не очень понимаю, что происходит.