Книга Сладкая тьма, страница 22 – Эмма Хамм

Если она явится завернутой в простой лен? Еще какой. Весь лагерь подумает, что он ее стыдится. А что ему еще было делать?

— Мне больше нечего ей дать, – процедил Рагнар.

Гуннар еще что-то поискал в его взгляде, а потом кивнул:

— Ну конечно. Не знаю, чего я ожидал. Давай я пока закончу с твоей палаткой, а ты иди за ней. И высушить ее не забудь.

Он беспомощно стоял на месте, чувствуя разочарование брата. И на ум не шло ничего, кроме:

— Она думает, что заболеет от мытья.

Брат удивленно моргнул:

— Серьезно?

Рагнар медленно отошел назад и тяжело сел на крышку одного из ящиков, комкая рубашку в пальцах, словно там были какие-то ответы.

— Что мне делать с существом, которое верит, что может пострадать от чистоты? Я знал, что люди не такие, что им известно меньше, чем нам, но я как-то не ожидал, что приведу в дом животное. Какие болезни она уже подцепила? Чего еще она не знает?

— Я и не думал, что люди такие…

Не в силах подобрать слов, они уставились друг на друга. Рагнару было нелегко. Его жена была сплошным разочарованием. И пустой тратой времени.

Гуннар вздохнул и провел рукой по волосам.

— Ну, не знаю, что тут сказать. Она твоя жена.

— Пока нет. Остался последний шаг.

— Значит, будет, – не смутился Гуннар. – Чтица Костей это видела, как и предсказатель самого короля. Ты будешь ее мужем, она будет твоей. Можешь сопротивляться сколько влезет, а можешь научиться…

— Замолчи.

— Я не собирался предлагать тебе любить ее, брат. Но изучить ее саму стоит. – Гуннар помахал руками в воздухе. – Ее. Все. Да, вероятно, есть непонятные различия, но придется сделать выбор. Раньше тролли не смешивались с людьми, это правда, но это ради нашего народа. Ты дашь жизнь новому поколению эльфийской крови.

Правда ли? Рагнар коснулся кончиков ушей, медленно провел пальцами по всем сережкам.

— У нее уши не острые, Гуннар.

— Может, у людей они не меняются.

— Это от эльфийской-то крови?

Что-то здесь было не так. Он это ясно чувствовал. Рагнар, может, не был таким сильным воином, как брат, или мудрым тактиком, как отец, но он всегда доверял интуиции. А интуиция его кричала, что что-то здесь пошло не так.

Может, Гуннар тоже это чувствовал, потому что брат прищурился, прежде чем сказать:

— Не узнаем, если ты ее не спросишь. Иди к жене, Рагнар. Вам о многом надо поговорить.

Пожалуй. Но ему нравилось сидеть тут, вдали от нее. Одному в палатке ему не приходилось с ужасом ждать, что она скажет. Или чего не скажет. Что-то было не так в ее реакции, когда он крикнул на нее. Словно ее не волновало, что он был груб, даже зол. Она просто сжалась, когда остальные стали смеяться над ее страхом воды.

Жена тролля должна спорить. Должна драться. Крикнуть в ответ, чтобы не смели смеяться над ней из-за того, чего она не знает. Потребовать, чтобы ее всему научили.

Возможно, ему придется делать это за нее. От одной только мысли сердце споткнулось в груди. Если он будет всегда сражаться за нее, то без него некому будет заступиться за нее. Ее станут задирать. Она станет самой слабой среди них.

Выйдя из палатки, Рагнар решительно направился обратно в лес, говоря себе, что его страхи необоснованны. Она сможет за себя постоять. Он сейчас вернется к реке и обнаружит, что она уже попыталась сбежать. Он легко выследит ее в лесу, потому что ни один человек не сможет скрыться от тролля на его территории, но по крайней мере так он поймет, что у нее есть какой-то разум. Да и охота пошла бы им обоим на пользу.