Книга Обсидиановый огонь, страница 214 – Айза Таллер

— Еще пара штрихов.

Фрейя достала из принесенной с собой шкатулки маленькую коробочку с краской.

— Закрой-ка глаза, — скомандовала она.

Я послушалась. Чуть влажная кисть коснулась моих век. Раз, другой, третий. Мягкий ворс прошелся по верхнему веку, а за ним — по нижнему, и снова вернулся наверх.

— Не моргай и не дергайся, если не хочешь превратиться в сову.

Совой сегодня я быть точно не хотела. Подушечки пальцев княжны коснулись моих висков и растерли что-то по коже.

— Теперь можешь смотреть, — великодушно разрешила Фрейя.

Я открыла глаза и обернулась к зеркалу. Княжна, явно удовлетворенная своей работой, отступила в сторону, задумчиво покусывая кончик кисточки.

Из серебристой глади на меня смотрела незнакомка.

Темные тени на веках делали глаза огромными: янтарь с золотыми крапинками, обведенный тонкой черной линией, уходящей за внешние уголки длинным острым росчерком. Словно два взмаха крыла. Вокруг них — невесомая серебряная пыль, мерцающая на коже.

Это определенно была не та Рейна, что когда-то ушла из храма Элиоры. И не та, что я видела в Синкае в алом шелке с золотым поясом и гребнями в волосах. Но и не вернувшаяся из Бездны тень, изуродованная шрамами.

Эта Рейна была оружием. Темным пламенем, облаченным в черную кожу и синий шелк.

— Как будто я собираюсь на войну, а не на свадьбу.

— Технически, так и есть. Сегодня будет свадьба, а завтра — война.

Фрейя обошла меня сзади и набросила мне на плечи плащ — темный, отороченный серебристым мехом песца, с застежкой в виде обвившегося кольцом дракона.

Я умру.

Но перед этим буду жить.

* * *

Когда я встала перед Рагнаром в выбранном наряде, он замер и не двигался подозрительно долго. Что-то изменилось в его лице: челюсть напряглась, а зрачки расширились, поглотив синеву глаз.

Его взгляд огладил мою фигуру, от коротких рыжих волос к плечам, по рукам и бедрам, обтянутым кожаными штанами. И в его глазах плескалось одно лишь жадное, почти звериное обожание.

Поверить не могу.

Он хотел меня.

А я хотела его в ответ.

В два шага Рагнар оказался рядом. Рука легла мне на поясницу, и он притянул меня к себе одним коротким, властным движением. Мы оказались так близко, что я слышала, как бьется сердце дракона под тонкой тканью рубашки.

Теплое дыхание скользнуло по шее. Губы двинулись вверх, к уху, зубы царапнули нежную кожу, заставляя дрожать всем телом. Потом губы опустились ниже, к ключицам, к ямочке у горла, где нервно и болезненно бился пульс.

«У меня ноги не выдержат».

«Тогда я удержу тебя. Пока ты будешь задыхаться и стонать в моих руках и не поверишь, наконец, что жива».

Боги.

Его ладонь переместилась с поясницы ниже, обхватила ягодицу через кожу штанов и прижала меня к нему еще крепче. Его каменный член уперся в меня, и внизу живота все тут же сжалось горячим, тугим клубком. Я рвано выдохнула ему в шею и, не удержавшись, потерлась об него.

Рагнар прорычал что-то нечленораздельное, и его руки больше не церемонились. Одна прошлась по груди, нашла сосок через тонкую ткань и сжала. Он повторил это еще и еще. Я тихо ойкнула. Вторая легла на бедро, поверх кожи штанов, и медленно двинулась вверх, к самому горячему месту, оглаживая и надавливая. Еще немного, и кожа штанов станет влажной. Еще немного, и мы никуда не пойдем.