Книга Обсидиановый огонь, страница 213 – Айза Таллер

Теплое прикосновение скользнуло по позвоночнику, заставив меня задрожать.

«Через несколько часов ты будешь моей. Официально. Перед богами и всем княжеством. И никто, ни одна живая тварь, никогда больше не сможет это оспорить».

— И вот это, — Фрейя ткнула пальцем в воздух между нами, — тоже прекращайте! Я знаю, когда вы переговариваетесь у меня под носом. У вас лица меняются!

Рагнар поднял руки в знак капитуляции и, натянув на себя рубашку, поспешил выйти из комнаты.

«Пока она меня заживо не съела».

«Трус, — бросила я ему вслед. —Бросаешь меня наедине с ней».

«Уверен, вы найдете общий язык».

Я вздохнула и повернулась к Фрейе, встречая ее взгляд, словно мы были на тренировочной площадке.

Следующий час превратился в пытку. Мы перемерили с десяток платьев, и все они висели на мне как на вешалке. Зеленое оказалось слишком открытым: ворот обнажал ключицы, а вместе с ними — черные разводы от Теней и края шрама на груди. Я постояла перед зеркалом ровно три секунды, стянула его через голову и с досадой швырнула на кровать. В расшитом камнями синем я сделалась похожей на украшенный праздничный стол. Черное превратило меня в собственную тень. Бордовое и серое с меховой отделкой, простое льняное и темно-красное…

— Что ж, — Фрейя плюхнулась на кровать, провалившись в груду отвергнутых платьев. Шелк, лен и шерсть расползлись вокруг нее разноцветным гнездом. — Это безнадежно. Ты слишком маленькая, слишком худая и слишком…

— Плоская, — закончила я за нее, скрестив руки на том месте, где когда-то была грудь.

— Я не это хотела сказать.

— Да ладно тебе, — я криво усмехнулась, разглядывая собственное отражение. Торчащие ключицы, ребра, просвечивающие сквозь нижнюю рубашку, и руки — тонкие, жилистые, разрисованные черными узорами. — Как будто я сама не вижу, во что превратилась после Бездны.

— Эй, выдыхай. Ты буквально вернулась с того света, оттуда, откуда еще никто не возвращался. Поверь мне, ты можешь прийти на церемонию в одной старой рубашке, и я готова поспорить, что Рагнар проглотит свой язык, как только тебя там увидит, — она помолчала, прищурившись, а потом вдруг широко и открыто улыбнулась. — А впрочем… Я знаю, что нам делать. В бездну платье.

С этими словами княжна выскочила за дверь и через пару минут вернулась назад со свертком в руках.

— Новое, я даже не успела надеть!

Я развернула ткань. Внутри оказалась туника с высокими, почти до самых бедер, разрезами по бокам. Шелк был густого темно-синего цвета, что казался почти черным, и только в складках, там, где свет падал на него под определенным углом, проступала глубокая синева ночного неба. По всей длине туники, от ворота до подола, тянулась серебряная вышивка — такая тонкая, что издали выглядела просто мерцанием ткани.

К тунике прилагался корсаж из плотной кожи с серебряным тиснением, словно настоящая драконья чешуя, с тонкими узорными краями. Туника была, конечно, слишком свободна и длинновата для меня — Фрейя была выше и обладала куда более аппетитными формами. Но корсаж утягивал талию и спасал силуэт. Я выдохнула, и Фрейя дернула шнур, затягивая сильнее.

— Я в нем задохнусь, — я с сомнением покосилась на свое отражение в зеркале.

— Ничего подобного, — парировала княжна.

Поверх туники Фрейя надела мне на запястья два широких серебряных браслета, усыпанных россыпью камней. Дополнили наряд темные кожаные штаны и подаренный мне Фрейей на день рождения серебряный торк в виде двух капель, смыкающихся на ключицах и украшенных крупными местными сапфирами.