Книга Сообщница Злодея, страница 48 – Ханна Николь Мерер

Он фыркнул, взял коленодробилку – блестящий стальной зажим из двух пластин шипами внутрь – и пристроил его на ноги Кэлвина так, что колени его оказались между пластинами.

Затем повернул выключатель. Шипы начали медленно сходиться, и Сэйдж – храни его боги – посмотрела на машину скорее с любопытством, чем с отвращением.

— Ой, оно что, сейчас… Ой, фу.

Тристан развернул её и подтолкнул к двери, а Кэлвин начал биться в ужасе.

— Именно фу. Пошли. Хруст коленных чашечек – даже на мой вкус – перебор. Скоро увидимся, Кэлвин. Приятного перерыва.

— Делай что хочешь, но я унесу информацию в могилу! Какое же удовольствие мне доставит момент, когда ты всё поймёшь – да что там, моему преемнику тоже понравится! – Кэлвин ухмыльнулся, и Тристан плотно захлопнул дверь как раз в момент, когда машина совершила последний оборот.

Сэйдж уставилась на дверь, потом прижалась к ней ухом, раскрыв красные губы.

— Или он кричит очень тихо, или это просто отменная дверь.

Тристан ждал, что она заплачет, или испугается, или убежит, ему самому хотелось сделать именно так в первый раз, когда он столкнулся с пытками. Но она ничего подобного не сделала.

Она просто посмотрела на него с благодарностью.

— Спасибо, что пригласил. Тебе, наверное, не очень хотелось.

Тристан оттянул воротник – его смущала её благодарность, он ненавидел себя за это странное чувство невесомости, когда следовало бы осознать, что он портит Сэйдж, и испугаться этого. Вместо этого он ощущал себя таким лёгким, будто вот-вот ударится дурацкой своей башкой в потолок.

— У тебя было право присутствовать. В конце концов, ты моя ученица, а он навредил тебе. – «А ты, Злодей, продолжаешь ей вредить». – Ну, пошли.

— Куда? – Сэйдж заспешила, спотыкаясь, следом. – Ненавижу, когда ты ничего не объясняешь внятно.

Тристан ухмыльнулся ей:

— Найдём книгу сказок Реннедона.

На заднем дворе было тихо, если не считать, что из-за решётки, ведущей к клетке гивра, время от времени слышался скулёж. Эви шла вслед за Злодеем посреди ночи, стараясь не зацикливаться на этом звуке, потому что у неё внутри всё сжималось. Сверкали звёзды, дул лёгкий ветерок, а из множества труб замка доносился лёгкий аромат горящего дерева. Зажженные факелы на улице разгоняли тени.

В кармане юбки позвякивали кусочки витража. Эви достала мешочек с ними и медленно опустилась на колени, чтобы аккуратно разложить стёклышки.

Раздался громкий всхрап, и Эви уронила одно стекло и чуть не распорола себе ладонь, попытавшись поймать его.

— Ай! Пушок заболел.

Дракон спал под навесом, перевернувшись на спину и задрав все четыре фиолетовые лапы. Он напоминал Эви бездомного кота из деревни, только больше… и чешуйчатее.

Злодей хмыкнул, выкладывая рядом свои кусочки стекла.

— Вечно он так.

Эви нахмурилась:

— Может, вызвать ветеринара?

— Спрошу у Блэйда с утра, – предложил босс и потёр щетину на подбородке, до которой у него, очевидно, не доходили руки. – Давай просто попробуем собрать как было, не разбудив его.

Эви принялась перекладывать кусочки, вспоминая, что пазлы никогда ей не давались: детальки всегда выглядели для неё одинаково. Она сама не знала, с чего решила, будто в этот раз будет иначе, пусть даже она провела полгода, почти каждый день пялясь на этот витраж.