Книга Сообщница Злодея, страница 191 – Ханна Николь Мерер

Вместе с Рыцарями Кувшинки.

Гидеон Сэйдж очнулся привязанным к стулу посреди офиса и уставился в лицо человека, которого никогда не надеялся увидеть снова.

Своего отца.

— Здравствуй, Гидеон, – улыбнулся Гриффин Сэйдж. – Рад тебя видеть.

— Где мама? – Гидеон дёрнулся в путах. – Где Лисса?

Отец нахмурился.

— Я надеялся на более тёплый приём от единственного сына.

— Развяжи меня и подай ту кочергу. Тогда получишь тёплый приём.

Гидеон плюнул отцу под ноги, ожидая, что тот ответит ударом кулака.

И, возможно, так бы и случилось, если бы не голос Нуры Сэйдж, связанной в другом конце комнаты:

— Гриффин! Не смей! Не трогай его!

— Это не я его оглушил, Нура, – рассмеялся Гриффин, потирая медальон на шее – подарок от неё.

— Ты сказал, что, если я уйду с тобой и помогу тебе скрыться от Бесславной Гвардии, ты оставишь наших детей в покое, – слабо объяснила Нура. – Прости, Гидеон. Я такая дура.

— Тебе не за что извиняться, мама. – Сердце Гидеона упало при виде дрожащей фигуры матери, но куда труднее было подавить ярость на отца за то, что он довёл её до такого состояния.

Мать не поверила ему, она опустила взгляд.

— Дракон улетел, и гивр с Ребеккой и Лиссой тоже. Она в безопасности.

Брови Гидеона взмыли вверх:

— В безопасности?

— Неважно. – Гриффин махнул рукой. – Мне нужна помощь твоей матери. Идём, Нура.

Он наклонился к жене, и она стиснула зубы – признак того, что в ней ещё остался боевой задор.

— Надеюсь, мой звёздный свет снова поглотит меня и на этот раз заберёт тебя с собой. – Она плюнула в перекошенное лицо Гриффина. – Надеюсь, ты обратишься в пепел. За всё, что ты сделал со мной и с нашей дочерью.

— Что это я сделал с нашей дочерью? – рассмеялся тот. – Ты смеёшься? А что насчёт того, что сделала с Эви ты?

Мать дёрнулась в путах, тёмные локоны выбились из причёски.

— Я никогда не хотела того, что сделал ты. Ты обманом втянул меня в это. Ты знал, что только так я соглашусь на такое опасное дело!

Гидеон прервал их, не заботясь о том, что это может стоить ему жизни:

— О чём это вы? А то как-то невежливо – оглушить человека, а потом ещё и исключить его из разговора.

С небрежной жестокостью Гриффин швырнул мать на пол.

— Хватит с меня вас всех. К сожалению, твоя мать обладает магией, которая нужна мне для исполнения долга перед королём. Но не волнуйся, Гидеон.

Отец наклонился и положил перед ними странного вида цветок. Стебель был длинным, лепестки белыми, и, похоже… двух не хватало.

Растение вспыхнуло, свет разрастался и расширялся, пока не поглотил мать.

— Нет! – Яростные слёзы жгли уголки глаз Гидеона.

Гриффин усмехнулся:

— Я оставлю тебе то, что от неё осталось.

Растение закричало.

А затем закричала и мать.

— У вас прекрасный дом, – сказала Эви, честно говоря, все выглядели так мрачно, что оставалось либо сделать неуместный комплимент, либо начать танцевать как можно более странно.

Король и королева вступили в зрелость с элегантностью и достоинством. Украшенные драгоценными камнями волосы королевы Брины были с проседью, на её щеках и в уголках глаз легли морщинки. Это были те самые места, где лучшие и худшие моменты жизни оставляют след.

— Да, – без выражения добавил Тристан. – Пока что моя любимая комната – та, что полна людей, желающих нас убить.