Книга Сообщница Злодея, страница 115 – Ханна Николь Мерер

— Повода для паники нет, – успокоила она босса. – Мы просто переживём эту ночь, а утром лорд Фаулер обещал нас отпустить. Он передаст нам палочку, и мы продолжим наше маленькое весёлое путешествие. Ого, на потолке зеркало.

Она опустила взгляд и распахнула рот:

— Сэр, вы в порядке?

— Нет.

— Вы выглядите так, словно вас сейчас стошнит.

Он с размаху стукнулся головой о стену, чем окончательно её напугал.

— Да это просто зеркало, ради всего святого! Необязательно в него смотреть. Только не пойму: зачем его повесили на потолок?

— Потому что, Сэйдж, – сквозь зубы выдавил Тристан, – некоторым нравится смотреть.

— Смотреть на что? – Её взгляд снова метнулся к зеркалу, и она всё поняла. – А…

— Достаточно шокирована? – безразлично спросил он, с отвращением махнув рукой в сторону потолка.

— Я достаточно заинтригована, – призналась она, склонив голову набок.

Рано или поздно нужно обязательно провести расследование, чтобы выяснить, как Злодей умудрялся издавать такие странные звуки. На этот раз – нечто среднее между рёвом и криком раненого гуся.

— Не говори такое.

Ну серьёзно, на выпадающие на пол кишки он смотрел спокойно, а такая ерунда превращала его в краснеющего подростка?

— Я сейчас разуюсь, – предупредила Эви, осторожно принимаясь за шнуровку, тянувшуюся вверх по икрам.

— Зачем ты мне это сообщаешь?

— Потому что мои лодыжки вот-вот предстанут твоему взору во всей своей красе, а я не хочу стать причиной твоего апоплексического удара.

— Не принимай моё воспитание за недостаток развращённости, Сэйдж. Моя сдержанность – это дань вежливости по отношению к тебе и акт самосохранения для меня.

«Ой».

Он намекал, что…

— Вы хотите сказать, что ваше хладнокровие – это ради моего же блага?

Комната была слабо освещена, приглушённый свет, падающий на лицо Тристана, подчеркивал темноту его радужек, поглотивших зрачки.

Ему не обязательно было касаться её. Не обязательно касаться хоть пальцем, чтобы его голос ощущался как ласка.

— Да, – ответил Тристан так просто, так мнимо безобидно, но так пугающе. Внезапно Эви отчаянно захотелось восстановить ту преграду, которую сама же и разрушала, укрепить её ради них обоих. Она всё сильнее чувствовала, что они стоят на краю великой перемены.

Проблема перемен крылась в их новизне. Желание перемен часто было очевидным, но каждый шаг навстречу делал их всё реальнее. Эви дразнила Тристана, задевала, проверяла на прочность, а ему это не нравилось, он этого не хотел.

Нужно было всё исправить.

— Вообще-то, я не уверена, что хороша в постели! – выпалила она.

Тьма в его глазах отступила, уступив место дикому блеску.

— Какого хрена ты это сказала? – поразился он.

— Не знаю! Показалось, что, если я в этом признаюсь, это поможет разрядить обстановку. Я не слышала никаких жалоб от Рика, но он, вообще-то, единственный, с кем я была – и то лет сто назад. Вдруг я ужасна? Я понятия не имею!

Тристан закрыл уши ладонями, и это выглядело так комично, что Эви рассмеялась, нервно теребя руки.

— Это кара богов, не иначе, – неверяще произнёс он, глядя в пустоту. – Другого объяснения нет.

— Полагаю, это не помогло.

Эви скинула обе туфли, почувствовав мгновенное облегчение в ноющих пальцах ног. Босс смотрел на неё так, будто она была отпетой преступницей, собравшейся совершить нечто ужасное. Что ж, она пыталась разрядить обстановку, но вышло только хуже. Придётся попробовать снова.