Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3, страница 80 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

А конвертики, обжаренные в яйце, постепенно стали в «приличных» домах подавать к чаю, жалуясь потихоньку на то, что точного рецепта раздобыть не удалось.

После супа перешли к тушеным овощам с кусочками мяса. Тут Саша тоже следила строго — для детей покупали говядину или птицу и хорошо разваривали, чтобы исключить возможность подхватить паразитов. Однако на всякий случай в школьной аптечке Иван Иваныч держал изрядную бутыль порошка из грибов-лисичек. И если ученица начинала слишком часто поправлять юбки, ей назначали по чайной ложке порошка утром и вечером натощак.

Рагу Александра сумела съесть совсем немного — аппетит пропал, сказывалась усталость. Она отодвинула тарелку и взялась наливать чай.

Вот за чаем Медведев и завел речь о том, что Саше нужно себя беречь, работать меньше и вообще отдыхать, но если очень хочется «служить», то перейти на службу в Особый отдел — консультантом по воспитанию будущих магов.

— Ефим Александрович, — девушка очень постаралась держать себя в руках, говорил полковник рублеными фразами и страшно напрягся, ожидая ее ответа, — вы же помните, что императрица лично зафиксировала спор между директрисами? Я не могу оставить службу сейчас. Это равно дезертирству с поля боя, на котором гибнут маленькие девочки.

Мужчина свел темные брови, и Александра очень аккуратно положила свою тонкую ладонь на его темную широкую руку:

— Я не упрямлюсь, Ефим Александрович, я вас предупреждала, что школа — мой долг, как ваш долг — служение императору. Поверьте, у меня и в мыслях нет обидеть вас или спорить ради спора. Не сердитесь, прошу вас, не будем начинать нашу совместную жизнь с противоречий. Я просто обещаю вам, что непременно отдохну после обеда. Если вы расскажете мне, что происходит в Смольном.

Полковник вздохнул, взглянул на ее безмятежное лицо, вспомнил, должно быть, как она разносила полигон, взял пряник, разломил, положил на место и наконец ответил:

— В Смольном все тихо. Но это то самое затишье, что бывает перед бурей…

Разговор получился долгим.

Заметив, что Саше тяжело держать спину прямо, Медведев предложил ей пересесть в большое кресло в спальне, обещая, что все равно расскажет абсолютно все.

— Как ваш муж, я могу без осуждения находиться в вашей спальне и даже держать вас за руку, — невесело хмыкнул он, и Александра отголосками души Шурочки испытала к нему особую благодарность. Человек, уже переживший осуждение света, не побоялся пережить его вновь, чтобы лично ухаживать за нею.

Позвонив в колокольчик, Саша вызвала горничную и велела ей убрать со стола, а сама действительно перешла в спальню и села в кресло. Медведев спокойно подождал, когда она устроится удобнее, затем подал ей шаль, чтобы уютно прикрыться, немного задернул штору, чтобы серый осенний свет не бил в лицо, сел рядом на мягкую банкетку, взял Александру за руку и, тихонько поглаживая ее пальцы, рассказал, что Особый отдел начал делать то, о чем Александра говорила еще тогда, когда обсуждала с герцогом Ольденбургским концепцию школы благородных девиц.

— Генерал Бенкендорф под предлогом грядущего юбилея Смольного отправил в архив своего человека. Мага с фотографической памятью. Он делал вид, что ищет данные по барышням первого выпуска, а на деле запомнил данные о всех девицах, выпущенных из Смольного за годы его существования.