Книга Швея для Его Величества Дракона, страница 12 – Лина Грин

Лиза покраснела.

— А ей вы сразу дали платье.

— Потому что она показала, что умеет с ним работать. И потому что я сама проверила результат.

— А я здесь уже три года!

Эти слова прозвучали не как претензия к Мии, а как признание, которое Лиза слишком долго держала при себе.

Генриетта помолчала.

— Ты пришла сюда девочкой, которая не умела ровно держать иглу. Я научила тебя шить, дала тебе место и работу. Но я не обещала, что через три года ты станешь мастером только потому, что прошло три года.

— Вы обещали, что будете учить меня.

— И учу. Но учёба не означает, что я должна хвалить тебя за каждую строчку.

Лиза резко отвернулась и ушла в подсобку. Дверь закрылась чуть громче, чем требовалось.

Я посмотрела на Генриетту.

— Может, мне стоило…

— Нет, — перебила она. — Не берите на себя чужие обиды. Лиза не плохая девочка, но ей давно пора понять, что работа не становится легче оттого, что кто-то другой выполняет её быстрее.

— Она хочет стать настоящей портнихой.

— Хочет, только иногда ей кажется, что я намеренно не даю ей расти. А я не могу позволить себе рисковать заказами ради того, чтобы она перестала на меня сердиться.

В голосе Генриетты прозвучала усталость, которую я раньше не замечала. Похоже, их отношения тоже были не такими простыми, как казалось со стороны.

— Я не собираюсь отнимать у неё работу, — сказала я.

— Тогда не пытайтесь заслужить её расположение за счёт собственных обязанностей. Здесь у каждого своё место. И вам придётся найти своё.

Перед закрытием Генриетта позвала меня к столу и положила передо мной лист бумаги.

— Я решила, что вы можете остаться. Пока на месяц. Если за это время мы поймём, что работаем друг с другом, продолжим.

Я прочитала условия. Работа шесть дней в неделю, один выходной, комната при мастерской и питание. Жалованье небольшое, но фиксированное. За сложные заказы полагалась отдельная доплата. Если я испорчу материал по собственной вине, стоимость вычтут только после проверки, а не по первому требованию. Внизу оставалось место для подписи.

— А если я захочу уйти раньше месяца?

— Предупредите за неделю. Если не будет долга за испорченные материалы или выданный аванс, разойдёмся без споров.

— Вы всегда так подробно прописываете условия?

— Только после того, как однажды пришлось доказывать человеку, что он сам согласился на другую оплату.

Я не стала расспрашивать. В этой фразе чувствовалась история, о которой Генриетта не собиралась говорить с новой работницей.

Я подписала соглашение. Собственная подпись показалась мне странной на фоне незнакомых букв и печати мастерской, но от этого не стала менее настоящей.

Генриетта убрала документ в ящик.

— Завтра начнём с расчёта заказов. А после обеда я хочу, чтобы вы занялись платьем для госпожи Вельс. Она действительно может привести нам новых клиентов, если останется довольна.

Генриетта протянула мне несколько монет. Небольшая часть жалованья за два дня, как она объяснила, чтобы у меня были деньги на личные расходы.

Я сжала их в ладони. Монеты были тяжелее тех, что лежали в моём кармане, и совершенно другими на ощупь. Но это были первые деньги, которые я заработала в Эстервалье. Впервые с момента пробуждения на незнакомой улице мне показалось, что я не просто пытаюсь переждать случившееся. Я действительно начинаю здесь жить.