Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 85 – Лина Грин

— И три года, чтобы доказать, что я умею им распоряжаться.

— Я уверен, что ты справишься.

— А у тебя?

— Что у меня?

— Ты ведь только что выступил против Палаты, раскрыл архивные документы и поставил под угрозу свою должность. Что будет дальше?

Он посмотрел на здание казны, затем снова на неё.

— Вероятно, меня вызовут на объяснение. Возможно, отстранят окончательно. Но я не жалею.

— Марек, я не хочу, чтобы ты терял всё из-за меня.

— Я сделал это не из-за тебя одной. Я сделал это потому, что больше не хочу защищать систему, в которой люди вынуждены отдавать часть себя, чтобы город продолжал жить. А ещё потому, что рядом с тобой впервые за долгое время понял, что можно поступить иначе.

Лора почувствовала, как у неё перехватило дыхание.

— Ты говоришь такие вещи, будто заранее готовился.

— Я готовился к проверке. С личными признаниями у меня всегда было хуже.

— Заметно.

Он улыбнулся, но взгляд его оставался серьёзным.

— Лора, я не знаю, как долго продлится всё, что происходит сейчас. Не знаю, что случится с Палатой, что мы найдём в записях Эстель и удастся ли сделать новый источник постоянным. Но я знаю, что хочу быть рядом с тобой не только тогда, когда тебе нужна помощь с документами или кто-то должен проверить подозрительный магический след.

Она смотрела на него, и все подготовленные слова вдруг показались ненужными.

— А я хочу, чтобы ты приходил в лавку не только с проверками, — сказала она. — Хотя, если честно, я уже привыкла к твоему присутствию за столиком у окна.

— Тогда я надеюсь, что ты не станешь брать с меня полную стоимость.

— Для тебя будет особый тариф. Но только при условии, что ты перестанешь оценивать мои расходы.

— Это будет непросто.

— Придётся постараться.

Марек протянул руку, и Лора вложила в неё свою. Они пошли по площади медленно, не торопясь возвращаться к делам, и впервые за долгое время Лора позволила себе не думать о том, что ещё предстоит исправить.

К вечеру Тыквенная лавка снова наполнилась светом.

Олли пришла первой, едва узнала о решении комиссии. Она принесла корзину небольших тыкв, букет поздних астр и пирог с орехами, который, по её словам, был недостаточно сладким для праздника, но вполне подходил для победы.

— Я знала, что ты справишься, — сказала она, обнимая Лору так крепко, что та едва не уронила папку.

— Ты говорила, что комиссия непредсказуема.

— Это не мешает мне надеяться на лучшее.

Вскоре появились Мира и Эдвард. Они принесли бутылку яблочного сиропа для меню и долго спорили, кто первым узнал о решении. Том пришёл с газетой, в которой на последней странице уже появилась короткая заметка о сохранении старой лавки на улице Рыжих Фонарей.

К вечеру в зале почти не осталось свободных мест. Лора готовила какао, принимала заказы, записывала пожелания постоянных посетителей и время от времени ловила взгляд Марека, который сидел у окна с чашкой без названия.

Теперь он не проверял ни записи, ни магические следы, ни расход ингредиентов. Он просто был здесь, и от этого привычная суета казалась особенно приятной.

Когда последние посетители ушли, Лора закрыла дверь и перевернула табличку на сторону «Закрыто». В лавке стало тихо. На столах остались несколько чашек, на подоконнике лежали пожелтевшие листья, а за окном медленно зажигались фонари.