Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 82 – Лина Грин

— Это отзывы людей, которые регулярно посещают Тыквенную лавку. Некоторые из них согласились рассказать, почему хотят, чтобы она продолжала работать.

Председатель взял верхний лист.

Письмо было написано аккуратным почерком Миры. Она благодарила Лору за то, что та помогла ей и брату снова заговорить после многих лет молчания, хотя и не обещала, что одно воспоминание исправит всё, что произошло между ними. Ниже стояла подпись Эдварда.

Следующее письмо было от Тома, который писал о запахе дождливого четверга и о том, как однажды случайно вспомнил кухню своей матери. Госпожа Олли приложила короткую записку, в которой сообщала, что поставки фонарных тыкв в лавку позволили её хозяйству пережить неудачный сезон.

Лора не знала, насколько убедительными окажутся эти свидетельства для комиссии, но, когда председатель отложил письма, в его лице что-то изменилось.

— Вы подготовились основательно, — сказал он.

— Я просто не хотела, чтобы лавку оценивали только по тому, сколько в ней можно разместить ящиков.

Перерыв объявили на двадцать минут. Лора вышла в коридор и прислонилась к прохладной стене, чувствуя, как напряжение постепенно отступает, оставляя после себя слабость в ногах.

Марек подошёл к ней с двумя бумажными стаканчиками.

— Чай, — сказал он. — В здании казны, к сожалению, не подают какао.

— Это серьёзный недостаток учреждения.

— Я обязательно внесу его в отчёт.

Она улыбнулась и взяла стаканчик.

— Как думаешь, получилось?

— Ты говорила о деле, которое знаешь лучше них. Это было правильно.

— А господин Дорн?

— Он не любит, когда кто-то задаёт вопросы, на которые у него нет удобных ответов.

— Значит, я ему не понравилась.

— Ты ему не должна нравиться.

Лора сделала глоток. Чай оказался слишком горячим, но она всё равно подержала стаканчик обеими руками.

— Если они отдадут здание госпоже Вейл, что будет дальше?

— Ты сможешь оспорить решение, если найдёшь основания. Но я не хочу, чтобы мы заранее готовились к поражению.

— Я не готовлюсь. Просто пытаюсь понять, что делать, если…

— Лора.

Он произнёс её имя так, что она замолчала.

— Ты уже сделала больше, чем от тебя требовали. Не превращай этот день в проверку собственной ценности. Комиссия решает вопрос о здании, а не о том, заслуживаешь ли ты здесь жить.

Она посмотрела на него. В последнее время Марек всё чаще говорил с ней не как аудитор, который обязан проверить каждую строку, а как человек, которому небезразлично, что она чувствует. И всё же между ними оставалось слишком много невысказанного: его служба, её неизвестное прошлое, память о сестре, которую он только недавно вернул себе.

— А если я останусь без лавки? — спросила она тихо.

— Тогда мы будем думать, что делать дальше.

— Мы?

— Если ты не возражаешь.

Лора опустила взгляд на стаканчик, чтобы скрыть улыбку.

— Я, кажется, уже привыкла к тому, что ты вмешиваешься в мои дела.

— Это профессиональная деформация.

— Конечно.

Он осторожно коснулся её руки, и на этот раз Лора не отстранилась. Их пальцы переплелись на несколько секунд, пока по коридору не прошёл служащий с пачкой документов. Марек отпустил её ладонь, но не отошёл.

— После заседания я хочу поговорить с тобой, — сказал он.

— О чём?

— Не здесь.

Она собиралась спросить ещё что-нибудь, но дверь зала открылась, и секретарь пригласил участников вернуться.