Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 8 – Лина Грин

Она посмотрела на меня.

— Кто вы?

Вопрос был настолько ожидаемым, что я всё равно не нашла ответа.

— Лора.

— Это я услышала. Кто вы такая?

— Я...

Пришлось остановиться.

Правдивый ответ выглядел приблизительно так: «Я администратор гостиницы из другого мира, купившая банку какао в антикварном магазине и оказавшаяся здесь босиком». Вряд ли удачное начало знакомства.

— Я приехала ночью.

Женщина нахмурилась.

— К госпоже Браун?

— Не совсем.

— Тогда что вы делаете в её лавке?

— Это довольно сложный вопрос.

— Мне шестьдесят три. Я располагаю временем.

Я невольно улыбнулась, но она не улыбнулась в ответ.

— У меня есть ключ. Я достала его. Реакция оказалась совсем не той, которую я ожидала. Женщина побледнела и сделала шаг ближе.

— Где вы его взяли?

— Купила.

— Ключ?

— Банку какао. Ключ был внутри.

— Где?

— Это будет ещё более сложный вопрос.

Женщина осторожно коснулась выцветшей ленты, словно боялась, что ключ исчезнет.

— Семёрка.

— Да.

Она посмотрела на меня.

— Покажите банку.

— Её здесь нет.

— Где она?

— Дома.

— А где ваш дом?

Вот теперь разговор окончательно зашёл туда, куда я не хотела.

— Далеко.

— В каком районе?

— Очень далеко.

Женщина прищурилась.

— Вы не из Лиорна.

Это был не вопрос.

— Нет.

— Из столицы?

— Нет.

— Северных провинций?

— Тоже нет.

Она перечислила ещё несколько мест, названия которых я услышала впервые. Я отрицательно качала головой после каждого. В конце концов женщина раздражённо вздохнула.

— Тогда откуда?

Я посмотрела в окно. Мимо прошли дети в красных шапках. По мокрой мостовой проехал велосипед, заднее колесо которого почему-то не касалось земли. Вдалеке виднелась высокая башня с часами.

Всё выглядело слишком настоящим, чтобы продолжать убеждать себя в обратном.

— Боюсь, вы мне не поверите.

— После того как в Тыквенной лавке впервые за восемнадцать лет ночью загорелись окна, я готова поверить во многое.

Я медленно повернулась к ней.

— Восемнадцать?

— Восемнадцать лет, два месяца и примерно неделю. Я не считала дни.

По её тону было понятно, что считала.

— И всё это время сюда никто не заходил?

— Пытались. Дверь не открывалась.

— У города нет ключа?

— Было четыре.

— И?

— Ни один не подошёл.

Я машинально сжала свой.

Женщина проследила за движением.

— Как вас зовут полностью?

— Просто Лора.

— Люди не бывают «просто Лорами».

— Сегодня, похоже, бывают.

Она снова посмотрела на ключ.

— А меня зовут Олли Верн. Цветочная лавка напротив принадлежит мне уже тридцать семь лет, и тридцать семь лет я наблюдаю за этим окном.

— Значит, вы знали госпожу Браун?

Лицо Олли изменилось.

Совсем немного, но я заметила.

— Все на этой улице знали госпожу Браун.

— Что с ней произошло?

— Она исчезла.

— Куда?

— Если бы мы знали, это называлось бы отъездом.

Я вспомнила спальню наверху. Очки возле раскрытой книги, то платье на стуле и записку под хлебом.

Не открывайте нижнюю дверь.

— Она ушла внезапно?

Олли долго молчала.

— Вечером лавка работала. Утром была закрыта.

— И её не нашли?

— Нет.

— А родственники?

— Не осталось.

— Почему лавку просто не продали?

— Пытались.

— Но дверь не открывалась.

— Не только поэтому.

Олли подошла к одному из столиков и провела пальцем по пыльной поверхности.

— Никто не хотел её покупать.

— Почему?

Она посмотрела на меня так, будто ответ был очевиден.