Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 43 – Лина Грин

Лора спустилась вниз за водой. В кухне было темно, и только фонарь за окном освещал край стола. Она поставила стакан, собираясь подняться обратно, когда заметила, что книга в ящике слегка приоткрыта. Она точно помнила, что закрыла её. На раскрытой странице появилась новая запись, которой раньше не было.

«Если Палата спросит, откуда взялось тепло, не отвечайте, что оно пришло из прошлого».

Лора медленно провела пальцем по строчке. Чернила были свежими. Под ними проступили ещё несколько слов:

«Некоторые воспоминания нельзя возвращать по одному».

Лора почувствовала, как по спине пробежал холодок.

За окном, на противоположной стороне улицы, стоял Марек Рейн.

Он не смотрел на лавку и, казалось, не замечал освещённого окна. В руках он держал небольшой прибор, тот самый, который использовал во время проверки. Его голова была слегка наклонена, а взгляд прикован к кристаллу.

Внезапно тот вспыхнул золотистым светом.

Марек поднял глаза.

На несколько секунд их взгляды встретились через стекло.

Затем он быстро убрал прибор в карман и направился прочь. Лора осталась стоять у стола, не понимая, что именно он обнаружил и почему вернулся к лавке после окончания проверки. Но теперь она была уверена в одном: Марек Рейн не собирался оставлять её в покое.

И, возможно, он боялся того, что скрывала эта лавка, не меньше, чем она сама.

К концу недели Лора поняла, что у заброшенной лавки есть одна неприятная особенность: стоило привести в порядок одну часть помещения, как беспорядок обнаруживался в другой.

В первый день она вымыла окна и обнаружила, что рамы требуют ремонта. На следующий разобрала кладовую, после чего выяснилось, что половина банок не годится для хранения продуктов. Затем она занялась стойкой, обнаружила за ней старые счета и несколько пожелтевших листов с записями Эстель, а под лестницей нашла коробку с разбитыми чашками, которую пришлось вытаскивать по частям.

Теперь, когда основные завалы исчезли, лавка наконец стала похожа на помещение, в котором можно было принимать посетителей, хотя до того уюта, который Лора представляла себе по вечерам, ей ещё предстояло добраться.

Она стояла посреди зала, держа в руках лист бумаги, и пыталась решить, с чего начать.

Света в помещении было недостаточно. Две лампы над стойкой горели неровно, а третий светильник вообще отказывался работать. На подоконнике стояли горшки с сухими растениями, которые, вероятно, когда-то были частью интерьера. У стены теснились три столика, один из которых заметно покосился. На спинках стульев сохранились следы старой краски, а обивка на одном сиденье была протёрта почти до основания.

И всё же Лора впервые смотрела на лавку не как на чужое имущество, которое ей досталось по странному стечению обстоятельств, а как на место, которое можно сделать своим.

Она развернула лист. Вверху крупными буквами написала: «Что нужно сделать до открытия». Список получился внушительным.

Починить лампы. Купить ткань для занавесок. Найти мастера для ремонта стульев. Заказать свежие продукты. Проверить печь. Сделать вывеску заметнее. Написать меню. Разобраться с ценами.

Последний пункт оказался самым сложным.

Лора уже выяснила у Олли, сколько в соседних лавках стоили молоко, сахар, специи и обычные горячие напитки. Цены в Лиорне были вполне понятными, если не учитывать некоторые местные особенности: здесь продавали какао с добавлением сушёных лепестков, пряные настои и горячие напитки, которые, судя по названиям, могли оказаться скорее лекарством, чем угощением.