Книга Отвергнутая драконом, страница 23 – Ия Эмдин

— Госпожа, - сказала она с порога. - Вам надо это увидеть.

Адалин взяла газету. Это была столичная хроника на серой бумаге, с гравюрами и объявлениями. Нэлла развернула её на середине. И там, на целую страницу, была свадьба.

И заголовок: «Самый блистательный союз года: лорд Генри Винтер и леди Изабель из клана Ледяных».

Под заголовком была гравюра: высокий зал, колонны, драконы, дамы в платьях, усыпанных драгоценностями. В центре - жених и невеста. Генри в чёрном с серебром, Изабель в белом. Они держались за руки. Смотрели друг на друга. Улыбались. Генри и Изабель. Идеальная пара. Дракон и драконица. Союз, о котором будут говорить месяцами.

Статья описывала всё: бальную залу, убранную живыми цветами, которых зимой не бывает - их привезли из южных оранжерей. Столы, ломящиеся от яств, вина из личных погребов, музыку, танцы до утра. Список гостей был длинным, и Адалин узнавала имена - те самые, что когда-то звучали в замке Винтеров. Советник Северного клана. Лорд и леди Серебряных. Драконы из клана Каменных, Золотых, Ледяных. Все. Весь столичный бомонд был там. Сам император почтил своим присутствием. Адалин задержалась на этой строчке. Император был там.

Но тут же, в той же статье, мелким шрифтом, в самом низу, среди прочих новостей, было упомянуто: «Его императорское высочество, брат императора, герцог Аларик, не смог присутствовать на торжестве, так как находится на восточной границе, где продолжаются столкновения с магами. Его высочество лично возглавляет оборону перевала и сдерживает натиск противника».

Адалин знала это имя. Знала с детства, как знали его все - от крестьян до придворных. Герцог Аларик из Асхардов. Древнейшего рода, который вёл своё происхождение от первых драконов.

Асхарды не были кланом в обычном смысле. Они были кастой. Высшей, неприкосновенной. Их кровь считалась настолько чистой, что брак с ними был не просто союзом - это было благословением, почти чудом. Каждая женщина в империи - от простой крестьянки до дочери императора мечтала выйти замуж за Асхарда.

Говорили, что даже император не мог сказать ему ни слова против. Что Аларик был единственным, кто мог перечить императору и оставаться безнаказанным. Не потому, что имел власть. А потому, что имел право. Его род был старше императорского. Его кровь - чище. Его слово - весомее.

Адалин видела его один раз. Давно, ещё до замужества. В столице, на празднике в честь дня основания империи. Тогда она была никем - дочерью обедневшего дворянина, приехавшей в город с матерью по делам. Они стояли в толпе, среди простых людей, и смотрели, как мимо проезжает императорский кортеж. Император - грузный, немолодой, с усталым лицом. И рядом с ним - он.

Адалин помнила его так, как помнят что-то, что видел один раз, но не можешь забыть. Высокий, светлые волосы, падающие на плечи. Лицо - резкое, точеное, с высокими скулами и прямым носом. Он был красив.

Адалин подумала о Генри. О том, как он гордился своим кланом. Серебряные. Древний род, богатый, уважаемый. Но не Асхарды. Генри мог мечтать о большем, мог идти по головам, мог жениться на драконице из Ледяных, чтобы укрепить свой клан. Но он никогда не стал бы равным Аларику. Никогда не поднялся бы так высоко.

Она снова посмотрела на заметку в газете. Брат императора - на войне. Сражается. Сдерживает границу. Пока Генри пирует на свадьбе, Аларик стоит на перевале, лицом к магам. Асхард - в грязи, в крови, в холоде. Не потому, что должен. А потому, что считает это правильным.