Книга Бабник, страница 29 – Аля Алая

Не знает моя сладкая булочка, какие тут за нее баталии идут. Парни на меня волками смотрят, помахаться каждый горазд. И пусть не знает, главное, чтобы трогать себя разрешала. А с Артемом и женихами-неудачниками я порешаю.

Женитьба дело серьезное, я пока не готов. Да и Юля не готова, мне вон с ходу отказала, не раздумывая. Но обоим нам не помешают стабильные трахательные отношения под прикрытием романтичных наивных чувств.

— Юль, Юль, — лижу и кусаю ее губки, — ох Юль.

— Иван, — тихо выдыхает мое имя. А я хочу, чтобы она его кричала. Черт, совсем помешался.

— Поехали, отвезу тебя домой.

— В квартиру не пущу, — сразу отрезает.

— Обещаю не приставать, — вру безбожно, — тебе ж нельзя.

Не верю я в эту ее историю с критическими днями, но лучше подыграть. Я понял, что малышке нужно еще немного времени. Не может она вот так взять и сказать да.

И я знаю почему — Артем тиран, а не брат. Хуже моего Ромки раз в сто. Тот только бабла лишил, а этот бдит за личной жизнью, контролирует, женихов выбирает. Понимаю, почему Юлька взбунтовалась и свалила… Правда, далеко не ушла.

Юлька садится на байк за мной, обнимая за живот, грудью к спине прижимается. И дышит неровно, поверхностно.

Мотор ревет, ее пальцы вжимаются в мою плоть сильнее. Внутри кайф. Мне давно не хотелось впечатлить кого-то. А тут специально оборачиваюсь, чтобы увидеть в ее глазах восторг. И он есть. Малышка сама не заметила, как влюбилась в скорость.

Довожу ее до дома по вечерним улочкам, петляю там, где красиво. В квартиру ломлюсь следом, естественно.

— Мне чай. А трубочки еще остались? — В уютной кухоньке чувствую себя, как дома.

— Да, — Юля ставит передо мной тарелку, накрытую салфеткой.

— Нам нужно заключить еще одно дополнительное соглашение, — откусываю хрустящее тесто с нежнейшей воздушной начинкой внутри.

— Это какое?

— Наша легенда трещит по швам, Юль. Я тебе серьезно говорю.

— Да ты что?

— Угу, парням их жены и девушки готовят. А я, значит, голодным буду месяц ходить? Не поверит никто, что ты любимого своего парня с обедом прокатить можешь.

— Намекаешь…

— Прямо говорю. Хотя бы обед. Ты не думай, я оплачу все расходы. К члену прилагается кредитка.

— Помню, да, — Юля краснеет.

— Отлично, еще один развратный поцелуй, и я пошел, — поднимаюсь со стула, на Юльку движусь. Она замирает, вжимаясь свой сладкой попкой в столешницу, бежать некуда. Хорошо у нас в малогабаритных квартирах к девушкам приставать, это вам не в моем старом просторном пентхаусе. Там бы я Юльку мог и не догнать.

Сжимаю тонкую талию, поворот и усаживаю малышку на стол. Тарелку с остатками пирожных ставлю на подоконник рядом.

— Что ты делаешь?

— Провожу предварительные испытания, — кладу ладонь Юле на грудь. Под ладонью сразу напрягается горошина соска.

— Ох.

Мне тоже ох, Юля…. Ох — ох — ох…. Все клеммы в башке коротит разом.

Распластываю по столу, подминая под себя. Сжимаю ладонями сладкую, губы кусаю и целую. Стол под нами слегка шатается, но выдерживает. Хватит максимум на два-три горячих секса.

— Понравилось, Юль? — шепчу ей в губы.

— Нет.

— Врешь ведь.

Всхлипывает, губку кусает, молчит.

— Буду всю ночь о тебе думать, — целую нежно на прощание.

Оставляю ее растерянную прямо на столе и сваливаю. Выдержка моя закончилась совсем.