Книга Мой муж отец чужого ребёнка, страница 14 – Катерина Воронова

— Поставил машину во дворе. Прораб наконец-то привез нужные чертежи, отпустил меня пораньше. Есть что перекусить? С утра кусок в горло не лез.

Я подняла голову, посмотрела прямо в его темные зрачки.

— Я была сегодня в «Плазе», в супермаркете.

Дмитрий потянулся к графину с водой, рука замерла в воздухе:

— И что? Купила свинину?

— Встретила медсестру из нашей школы. Марину Викторовну. С сыном.

Пальцы Дмитрия медленно сомкнулись вокруг стекла графина. Он налил воду в стакан, сделал длинный, размеренный глоток, не отрывая взгляда от плиты. На шее напряглись сухожилия.

— Ну и молодец. Мне-то какая разница, кого ты там встречаешь в магазинах?

— Мальчика зовут Артём, — продолжила я ровным, почти бесстрастным голосом. — Ему четырнадцать лет. У него твои брови, Дима. Твой нос. Твой подбородок. Твоя манера дергать плечом, когда ты недоволен.

Дмитрий поставил стакан на столешницу. Стекло звякнуло о камень. Он медленно развернулся ко мне, лицо его потемнело, в глазах вспыхнула знакомая, холодная злоба, призванная запугать и заставить меня замолчать:

— Ты опять начинаешь? Тебе заняться нечем? Найди себе вторую смену в школе, если времени вагон на глупости остается!

— Ты знаешь этого мальчика? — спросила я, поднимаясь со стула. Я встала перед ним, глядя в упор. — Ответь мне. Прямо сейчас. Глядя в глаза.

— Понятия не имею, о ком ты мелешь! — рявкнул он, шагнув ко мне вплотную, нависая своей массой. — Мало ли на свете темноволосых пацанов с горбатыми носами? Ты совсем берега попутала, Анна? Ты меня в измене обвиняешь на основе того, что увидела похожего подростка в гастрономе?

— Он сказал, что дядя Дима подарил ему робота. И обещал помочь собрать манипулятор.

Дмитрий замер.

Его лицо вытянулось, с губ сошла спесь. Зрачки сузились до размеров булавочной головки. Он молчал три секунды, судорожно подбирая слова, дыхание стало частым, прерывистым.

Затем он дернул уголком рта в фальшивой усмешке:

— Совпадение. Имя распространенное. Игрушка популярная, полгорода ее покупает. Ты сходишь с ума, Аня. Тебе пора к психиатру провериться. Серьезно говорю. У тебя мания преследования развилась на нервной почве.

Он развернулся, чтобы выйти из кухни, но я вцепилась пальцами в рукав его сорочки:

— Хватит врать мне в лицо! Хватит делать из меня идиотку!

Дмитрий резко стряхнул мою руку, словно сбросил назойливое насекомое:

— Закрой рот! Чтобы я этого бреда больше не слышал в своем доме! Еще одно слово — и я заблокирую твою дополнительную карту. Будешь жить на подачки от своих уроков литературы!

Он выскочил в прихожую, схватил связку ключей от внедорожника и с грохотом захлопнул входную дверь. Замок звякнул, отрезая его от квартиры.

В прихожей воцарилась звенящая тишина.

Я стояла у кухонного стола, чувствуя, как внутри выгорает последний страх. Дрожь унялась. Осталась только холодная, острая пустота.

Он не просто врал. Он защищал свой обман нападением и угрозами.

Я подошла к шкафу в коридоре, достала с верхней полки темную спортивную куртку с капюшоном, сунула в карман ключи и телефон.

Нужно увидеть всё своими глазами. До конца. Без догадок, без истерик, без надежды на случайность.

Я накинула капюшон на голову и вышла на темную лестничную клетку.